14 августа 2013 г. / , 08:43 / 4 года назад

Путин не уломал прозападный Баку на сделки в энергетике

Денис Дёмкин

Премьер-министр России Владимир Путин на встрече с президентом Азербайджана Ильгамом Алиевым в Москве 16 сентября 2008 года. Владимир Путин не сумел заручиться конкретными сделками в энергетике в ходе одной из нечастых поездок в Азербайджан, где в нефтегазовом секторе доминируют западные гиганты. REUTERS/RIA Novosti/Pool

БАКУ (Рейтер) - Президент России Владимир Путин не сумел заручиться конкретными сделками в энергетике в ходе одной из нечастых поездок в Азербайджан, где в нефтегазовом секторе доминируют западные гиганты.

Россия давно пытается увеличить своё присутствие в Азербайджане, стране, которую Европа рассматривает как помощника в снижении зависимости от российского газа, стремясь к этому после “газовых войн” Москвы и Киева, обернувшихся перебоями в поставках в 2006-м и 2009-м.

Визиты Путина за рубеж обычно увенчиваются букетом контрактов, и один из его ближайших соратников, глава государственного нефтяного гиганта Роснефть Игорь Сечин в июле ездил в Баку подготовить почву.

Но во вторник Сечин подписал лишь расплывчатое соглашение о сотрудничестве с азербайджанской госкомпанией ГНКАР, в присутствии Путина, который прибыл в Баку впервые за семь лет.

“В рамках этого соглашения мы собираемся развивать целый ряд направлений: это и взаимные поставки, и своповские операции, возможность использования инфраструктуры совместной”, - сказал Сечин журналистам, не раскрыв детали.

Источники с обеих сторон сообщили, что предстоит устранить еще ряд противоречий для того, чтобы компании приступили к разработке месторождений или обмену активами.

“Азербайджан запросил такую высокую цену за свои активы, что Роснефти это неинтересно”, - сказал источник в российской энергетике, попросивший об анонимности. Источник в ГНКАР сказал, что для достижения компромисса предстоит пройти долгий путь.

Западные нефтегазовые конгломераты, такие как BP, Statoil и Exxon Mobil, доминируют в азербайджанской нефтяной индустрии со времён распада СССР, в то время как отношения Москвы и Баку охладели.

Президент Ильгам Алиев, который унаследовал власть в преимущественно мусульманской стране от отца в 2003 году, политически балансирует между Западом и Кремлём. Баку сотрудничает с НАТО и, гранича с Ираном, сочувствует Израилю в трениях последнего с Тегераном.

Однако отношения Москвы и Баку натянулись в прошлом году после того, как длительные переговоры не увенчались соглашением о продлении аренды военного радара, который Россия использовала на азербайджанской территории.

Алиев на встрече с Путиным по итогам переговоров утешил российских партнёров, расхвалив сферу, не связанную с энергетикой.

“Объем военно-технического сотрудничества измеряется четырьмя миллиардами долларов и имеет тенденцию к росту”, - сказал он.

“Азербайджан уже вошёл в число ведущих стран-покупателей российской техники, которая по праву считается одной из лучших”.

Однако ещё больше времени Алиев посвятил критике соседней Армении, политического союзника Кремля. Он жаловался, что вылившийся в прошлом веке в масштабное кровопролитие застарелый территориальный спор не решён, и дал понять, что возлагает особые надежды на Россию. Путин повторил, что выступает за политические методы урегулирования замороженного конфликта.

ЗАБЫВ О ГАЗПРОМЕ

Единственная российская компания, обладающая солидным присутствием в Азербайджане, это частный Лукойл, во главе с выходцем из Баку миллиардером Вагитом Алекперовым.

Российская газоэкспортная монополия Газпром когда-то изъявила готовность покупать почти весь добываемый в Азербайджане газ, что было воспринято как успех Кремля в его стремлении обеспечить себе лидерство в поставках на европейские рынки.

Однако это соглашение так и не материализовалось до конца, и вместо этого Баку и нефтяные гиганты договорились поставлять основную часть своего газа через новый трубопровод в Европу, начиная с 2019 года.

Этот проект не представляет серьёзной угрозы российскому доминированию на европейском газовом рынке, хотя Москва всегда стремилась к тому, чтобы не дать Баку стать крупным транзитным пунктом экспорта газа из других каспийских стран. Тем временем другой ключевой газовый поставщик, Туркмения, переориентировала свои основные объемы с России на Китай и европейские рынки.

Запасы газа в Азербайджане - почти триллион кубометров - сравнительно невелики по сравнению с российскими 33 триллионами, согласно данным BP.

В июле источники в индустрии сообщили Рейтер, что Роснефть надеется на долю в азербайджанском месторождении Апшерон, где партнёрами Баку выступают французские Total (40 процентов) и GDF Suez (20). Сечин в Баку отказался отвечать на вопрос о ходе этих переговоров, а итоговый пресс-релиз Роснефти не содержал упоминания об этом. Представители Азербайджана говорили, что добыча газа с Апшерона должна вырасти в предстоящие годы.

Источники сообщили также, что Роснефть и ГНКАР рассматривают своповые операции с поступающей в Европу азербайджанской нефтью и российской - в Азию, что позволило бы Роснефти обслуживать свои НПЗ в Италии и Германии, тогда как её азиатским покупателям поставляла бы сырьё ГНКАР.

При участии Лады Евграшиной, а также Владимира Солдаткина, Екатерины Голубковой и Дениса Пинчука в Москве. Текст Дмитрия Жданникова и Дениса Дёмкина. Редактор Дмитрий Антонов

0 : 0
  • narrow-browser-and-phone
  • medium-browser-and-portrait-tablet
  • landscape-tablet
  • medium-wide-browser
  • wide-browser-and-larger
  • medium-browser-and-landscape-tablet
  • medium-wide-browser-and-larger
  • above-phone
  • portrait-tablet-and-above
  • above-portrait-tablet
  • landscape-tablet-and-above
  • landscape-tablet-and-medium-wide-browser
  • portrait-tablet-and-below
  • landscape-tablet-and-below