May 12, 2016 / 8:32 AM / a year ago

ЦБР изучил опыт своих интервенций и не увидел влияния на уровень курса

ВРЕМЯ ЧТЕНИЯ 5 МИНУТ

МОСКВА, 12 мая (Рейтер) - Директор департамента финансовой стабильности Банка России Сергей Моисеев провел анализ эффективности интервенций регулятора в 1998-2016 годах и пришел к выводу, что ЦБР минимально вмешивался в курсообразование.

Статья Моисеева с данными выводами опубликована в майском номере журнала "Деньги и кредит".

Участники рынка давно ждут, что ЦБР возобновит покупки валюты для наращивания золотовалютных резервов, как только рынок стабилизируется и рубль будет укрепляться.

В прошлом году ЦБР вышел на рынок с покупками валюты в мае, когда тренд на укрепление рубля длился около трех месяцев и рост курса от минимумов составил более 40 процентов. Купив в общей сложности $10 миллиардов, ЦБ прекратил операции в июле, когда рубль взял курс на ослабление.

"Проверка статистических гипотез выявила систематическую закономерность колебаний валютного курса после проведения эффективной интервенции, то есть в целом интервенции оказывали влияние на валютный рынок", - указал Моисеев.

"Анализ не обнаруживает способность интервенций влиять на стоимость бивалютной корзины в среднесрочной и долгосрочной перспективе. Это означает, что центральный банк не оказывал влияния на уровень курса рубля. Фактически рубль находился в зависимости от основных факторов внутренней и внешней макроэкономической конъюнктуры", - заключает Моисеев.

В качестве объекта анализа были выбраны еженедельные (до 2008 года) и ежедневные данные (с 2009 года) о валютных интервенциях и рублевой стоимости бивалютной корзины.

В своем исследовании Моисеев использовал критерий успешности интервенций "направление" (если направление изменения валютного курса совпадает со знаком интервенции, то операция эффективна), критерий "сглаживание" (интервенция эффективна, когда усилиями ЦБ замедляется тренд на рынке: если курс падает, то интервенция должна приводить к плавному падению, а если увеличивается – то к торможению роста) и критерий "разворот" (интервенция эффективна, когда выполняется не только первый критерий, но и происходит разворот тренда - ЦБ успешно гребет против течения).

В 1997–1998 году усилия ЦБР были направлены на сглаживание и удержание текущей тенденции валютного рынка.

После валютного кризиса Банк России не имел возможности грести против течения из-за макроэкономического дисбаланса и низкого уровня резервов.

В 1999–2008 годах в период управляемого плавания рубля и первых опытов с бивалютной корзиной в качестве операционного ориентира политики валютного курса денежные власти допускали бóльшую волатильность рубля. Это нашло отражение в снижении эффективности интервенций по критерию "сглаживание".

"Однако благодаря накопленным резервам Банк России смог противостоять спекулянтам, что привело к росту доли успешных интервенций по критерию "разворот", - пишет Моисеев.

В 2009–2014 годах в период действия плавающего операционного внутридневного коридора бивалютной корзины Банк России использовал интервенции для накопления резервов в первой половине периода и удержания корзины от обесценения во второй половине периода. Кроме того, Банк России постепенно увеличивал гибкость курсообразования на валютном рынке.

С 1 февраля 2009 года по 10 ноября 2014 года было 1439 торговых дней, среди которых Банк России участвовал в операциях на рынке в 65 процентах случаев. Иными словами, интервенционная политика носила активный характер, денежные власти вмешивались в операции на рынке каждый второй день.

Банку России удавалось успешно сохранять текущую тенденцию на рынке. В половине случаев интервенция эффективно сглаживала колебания стоимости бивалютной корзины. Каждая четвертая интервенция позволяла переломить курсовую динамику, заключил Моисеев.

"Фактически Банк России в 2009–2014 годах показал рекорд по гребле против течения: на протяжении 17 лет другого такого успешного периода не наблюдалось. Если говорить о сводных оценках, то в 80 процентах случаев интервенции оказывались успешными по какому-либо из критериев", - говорится в статье.

Выводы Моисеева, по его словам, подтверждают, что Банк России минимально вмешивался в тенденцию курсообразования.

"Можно сказать, что денежные власти в период активной интервенционистской политики руководствовались принципом непротиворечивости: интервенции проводились в соответствии с макроэкономическими факторами, а не противоречили им. С одной стороны, это способствовало оптимизации (минимизации) вмешательства Банка России в операции на валютном рынке. С другой стороны, результаты анализа свидетельствуют о том, что уровень поддержки бивалютной корзины не являлся фиксированным и определялся Банком России исходя из текущих обстоятельств", - пишет автор. (Елена Фабричная. Редактор Дмитрий Антонов)

0 : 0
  • narrow-browser-and-phone
  • medium-browser-and-portrait-tablet
  • landscape-tablet
  • medium-wide-browser
  • wide-browser-and-larger
  • medium-browser-and-landscape-tablet
  • medium-wide-browser-and-larger
  • above-phone
  • portrait-tablet-and-above
  • above-portrait-tablet
  • landscape-tablet-and-above
  • landscape-tablet-and-medium-wide-browser
  • portrait-tablet-and-below
  • landscape-tablet-and-below