15 июня 2015 г. / , 14:08 / 2 года назад

ТЕКСТ-Заявление главы ЦБР Эльвиры Набиуллиной на брифинге

МОСКВА, 15 июн (Рейтер) - Ниже приводится полный текст заявления главы Центробанка РФ Эльвиры Набиуллиной на брифинге по итогам совета директоров регулятора:

"Добрый день!

Сегодня Совет директоров Банка России принял решение снизить ключевую ставку c 12,5 до 11,5% годовых.

Я хочу подробнее остановиться на том, какие факторы послужили основанием для принятого решения.

Начну с ситуации в финансовой сфере.

Теперь уже можно с достаточной уверенностью говорить об определенной нормализации ситуации на финансовых рынках и, прежде всего на валютном рынке. Инфляционные ожидания заметно снизились относительно максимумов в начале года, возобновился приток средств населения на банковские депозиты в первую очередь рублевые.

В целом ситуация развивается в соответствии с нашими прогнозами. Однако последние оценки показывают, что снижение инфляционных ожиданий в последнее время замедлилось. И хотя текущая инфляция быстро падает, стабилизация инфляционных ожиданий на нынешних высоких уровнях может затормозить её дальнейшее снижение. А устойчивым замедление инфляции может стать только на основе снижения инфляционных ожиданий.

При высоких инфляционных ожиданиях наблюдающаяся финансовая стабилизация может оказаться чувствительной к резким изменениям монетарной политики.

Далее – об экономической динамике.

В условиях продолжающегося второй год снижения инвестиционного спроса и начавшегося в этом году сокращения потребления наблюдается спад экономической активности. По предварительным оценкам, снижение ВВП в I квартале 2015 года составило чуть менее 2% к I кварталу прошлого года, что соответствует прогнозу, опубликованному в мартовском Докладе о денежно-кредитной политике. Однако, в отличие от пика инфляции, дно спада экономики, на наш взгляд, еще не пройдено.

Действие структурных, в том числе демографических ограничений, а также продолжительное снижение уровня нефтяных цен означают, что экономический спад в значительной степени имеет структурный характер. Тем не менее динамика ряда показателей подтверждает, что сокращение выпуска носит в том числе циклический характер.

Снижение цен на нефть и другие сырьевые товары создало повышенный уровень неопределенности относительно перспектив российской экономики, что сокращает стимулы для инвестиций. При этом низкий потребительский спрос временно сужает возможности для импортозамещения, особенно в сфере производства относительно дорогих товаров.

Возможности заместить внешние кредитные ресурсы внутренними пока ограничены. Условия кредитования, особенно требования банков к качеству заемщика, остаются жесткими. При этом у многих заемщиков увеличилась долговая нагрузка, что в значительной степени связано с относительно высокой долей в России валютного кредитования. Это сдерживает и без того низкую инвестиционную активность. В то же время некоторую поддержку инвестициям оказывают правительственные антикризисные меры. Падение инвестиционного спроса пока является менее значительным, чем ожидалось.

Сжатие же потребительского спроса происходит более резко, чем прогнозировалось. Важную роль в этом сыграл ограниченный рост номинальных зарплат как в государственном, так и в частном секторе. Люди стали больше сберегать, более осторожно оценивая уровень своего благосостояния.

Таким образом, внутренний спрос не оказывает поддержки экономическому росту. Что касается внешнего спроса, то в связи с ослаблением рубля, резким снижением импорта и некоторым ростом цен на нефть в текущем году относительно достигнутого минимума, чистый экспорт оставался единственным фактором, вносящим положительный вклад в динамику ВВП.

Более сдержанное падение инвестиций и положительный вклад чистого экспорта позволили нам повысить наш прогноз по ВВП на этот год, то есть снизить оценку спада по сравнению с мартовским прогнозом до 3,2%.

На фоне экономического спада наблюдался и некоторый рост безработицы, сезонно сглаженный показатель которой на настоящий момент составляет 5,6%. При этом традиционно подстройка рынка труда к изменившейся экономической конъюнктуре происходит не только и не столько за счет роста безработицы, сколько за счет снижения реальных зарплат и количества отработанного времени. Тем не менее продолжающееся падение спроса приведет и к росту безработицы, уровень которой к концу года по нашим оценкам увеличится до 6,5%.

Государственный бюджет, который в этом году, по оценкам, будет сведен с дефицитом около 3,7% ВВП, в целом оказывает стимулирующее влияние на экономику. Особенно существенным это влияние было в I квартале, когда были осуществлены значительные авансовые платежи по гособоронзаказу. Однако в связи с проведением политики снижения государственных расходов положительное влияние бюджета на экономический рост в ближайшие годы будет незначительным. Такая политика тем не менее повышает макроэкономическую устойчивость как в краткосрочной, так и в среднесрочной перспективе.

Ситуация с платежным балансом.

Она оказалась менее напряженной, чем ранее предполагалось. Этому в том числе способствовало достаточно быстрое повышение нефтяных цен до уровней выше 60 долл. за баррель. Кроме того, нужно отметить, что пик платежей по внешнему долгу, который в этом году пришелся на I квартал, был пройден довольно спокойно, в том числе в связи с наличием активно работавшего механизма валютного рефинансирования в Центральном банке. После первичной стабилизации ситуации на нефтяном, валютном и финансовом рынках спрос на иностранную валюту корпоративного сектора и населения заметно снизился. Значительно улучшилась ситуация с валютной ликвидностью. В настоящий момент потребность в валютной ликвидности полностью удовлетворяется рынком. Поэтому мы сначала повысили процентные ставки по нашим операциям до уровней, более близких к рыночным, а затем приостановили наращивание объемов валютного рефинансирования. Стабилизация ситуации на рынках также позволила Банку России начать процесс восстановления валютных резервов, на чем я подробнее остановлюсь несколько позже.

Среди положительных тенденций первого полугодия – довольно быстрая стабилизация инфляции. Пик годовой инфляции пройден в I квартале, с апреля началось ее снижение. Месячные темпы роста цен снизились с 3,9% в январе до 0,4–0,5% в апреле–мае. Недельная инфляция стабилизировалась на уровне 0,1% в мае, а за неделю с 2 по 8 июня впервые в этом году была нулевой. По оценкам Банка России, по состоянию на 8 июня годовая инфляция составила 15,6%.

Процесс снижения текущей и годовой инфляции происходит более быстрыми темпами, чем мы предполагали в начале года. Это связано с несколькими причинами.

Первое – это более быстрое, чем ранее предполагалось, снижение потребительского спроса.

Второе. Подтвердилось наше предположение об ускоренном эффекте переноса курсовой динамики во внутренние цены. Это, как показывает мировой опыт, зачастую сопутствует периодам повышенной волатильности на валютном рынке. И такое усиление чувствительности цен к курсу было симметричным: в первые месяцы года инфляция очень быстро и сильно отреагировала на ослабление рубля, затем сравнимое воздействие на ценовую динамику оказало укрепление, начавшееся в конце февраля. Хочу еще раз подчеркнуть, что значительное влияние валютного курса на инфляцию характерно для стран, только недавно перешедших к политике плавающего курса и инфляционного таргетирования. В дальнейшем, по мере адаптации экономики к плавающему курсу, реакция цен на курсовые колебания будет постепенно ослабевать.

Третье. Завершился процесс подстройки цен к введенным в августе 2014 года внешнеторговым ограничениям. Этот фактор уже не оказывает дополнительного давления на инфляцию.

Наконец, как уже было отмечено ранее, в результате снижения текущего уровня инфляции заметно снижались инфляционные ожидания. Они сокращались значительно быстрее, чем в предыдущие эпизоды резкого роста цен.

Существенное снижение инфляционного давления стало причиной пересмотра нашего среднесрочного прогноза. По нашим обновленным оценкам, годовая инфляция будет около 11% в декабре 2015 года. Через год, в июне 2016 года, инфляция снизится до менее 7% в годовом выражении и в 2017 году окажется вблизи целевого значения 4%.

Остановимся несколько подробнее на ключевых параметрах нового макроэкономического прогноза на среднесрочную перспективу, который будет сегодня опубликован в Докладе о денежно-кредитной политике.

Основной вопрос с точки зрения прогноза, – насколько устойчивым окажется повышение цены на нефть. В связи с изменением структуры товарного рынка, появлением новых типов поставщиков и изменением модели поведения старых поставщиков динамика цен на нефть стала еще менее предсказуемой, чем ранее. С учетом этого мы приняли решение подготовить два сценария развития событий, оба из которых могут реализоваться с равной долей вероятности. Первый можно условно назвать консенсусным, второй – консервативным. Первый предполагает постепенное восстановление цены на нефть до уровня 80 долл. США за баррель в 2018 году. Это очень близко к тому, что мы закладывали в наш базовый мартовский прогноз, а также к ожиданиям участников рынка и аналитиков в настоящий момент. Второй сценарий основан на том, что такой восходящей тенденции в среднесрочной перспективе мы не увидим и цена на нефть будет колебаться вокруг 60 долл. США за баррель на всем прогнозном горизонте. При этом она может быть более волатильной, чем в предыдущие годы.

Кроме того, мы продолжаем рассматривать в качестве рискового сценарий, в котором цена на нефть снижается и остается на уровне около 40 долл. США за баррель в течение трех лет. Это стрессовый вариант развития событий со значительно более долгим и глубоким спадом экономической активности.

Вернемся к нашим основным сценариям. В первом сценарии годовые темпы роста экономики выйдут в положительную область уже в середине 2016 года, и по его итогам рост выпуска составит порядка 0,7%. В 2017–2018 годах восстановление внутреннего спроса продолжится, мы ожидаем оживления как инвестиций, так и потребления. Темпы роста ВВП повысятся, но останутся умеренными – около 1,7–2,4%. Это связано с тем, что в среднесрочной перспективе структурные ограничения сохранятся и будут сдерживать рост экономики. Прежде всего к ним относятся неблагоприятные демографические тенденции и инвестиционный климат. Оживление экономики может быть более быстрым и устойчивым в случае более активного проведения структурных реформ.

Восстановление экономической активности приведет к постепенному снижению безработицы – до 5,6–5,8% в 2018 году.

Второй сценарий предполагает, что значимой поддержки со стороны внешнеэкономической конъюнктуры не будет. Восстановление экономики будет опираться только на внутренние источники. В результате оно потребует больше времени. Падение выпуска продлится и в 2016 году, и экономика будет медленнее восстанавливаться в последующие два года.

В этом сценарии инфляционные риски более высокие, потому что разрыв выпуска меньше, так как ниже потенциальный рост. Это будет ограничивать возможности для смягчения денежно-кредитной политики по сравнению с первым вариантом.

Несколько слов о прогнозе платежного баланса. На этапе адаптации экономики к изменившимся внешним условиям спрос на импорт снизится сильнее, чем на отечественные товары. В результате чистый экспорт будет вносить основной положительный вклад в динамику ВВП в 2015 году. По мере того, как внутренний инвестиционный и потребительский спрос будет восстанавливаться, закупки импортных товаров снова начнут расти, и вклад чистого экспорта будет снижаться.

В прогнозе мы исходим из того, что финансовые санкции в отношении России сохранятся. Необходимость погашать внешнюю задолженность будет основным источником формирования оттока капитала. На протяжении 2015–2018 годов он будет постепенно снижаться приблизительно с 90 до 55–65 млрд долл. США в год в зависимости от сценария.

По оценкам, до конца 2015 года платежи по корпоративному внешнему долгу с учетом возможностей рефинансирования и внутрифирменных долгов составят около 40 млрд долл. США из 70 млрд долл. за текущий год в целом. В дальнейшем объем погашений снизится, по оценке, до около 40 млрд долл. США в 2016 году и 20 млрд долл. США в 2017 году.

По нашим оценкам, ожидаемые экспортные поступления и накопленный запас валютных активов компаний и банков в значительной мере будут покрывать потребности частного сектора в иностранной валюте для погашения внешнего долга. В связи с этим востребованность операций Банка России по предоставлению валютной ликвидности будет снижаться.

Эти операции сыграли значимую роль в стабилизации ситуации на валютном рынке. Но по своей сути они являются специализированными инструментами. Их использование необходимо, пока происходит адаптация экономики к изменившимся внешним условиям. По мере улучшения ситуации в соответствии с нашим прогнозом мы будем сворачивать применение этих операций, чтобы не подменять собой рыночные механизмы. Однако мы понимаем, что делать это необходимо постепенно и предсказуемо.

Кроме того, и в дальнейшем операции предоставления валюты на возвратной основе могут оставаться в арсенале инструментов Центрального банка, который будет иметь возможность снова использовать их в случае возникновения стрессовых ситуаций.

В ближайшие годы экономика России будет функционировать в условиях повышенной неопределенности внешних условий. С учетом этого, мы приняли решение о начале проведения операций по пополнению международных резервов. Сейчас их уровень отвечает общепринятым критериям достаточности, хотя он и значительно снизился за последний год. Однако мы считаем, что для сглаживания продолжительных внешних шоков и обеспечения в этих условиях финансовой стабильности нам комфортнее иметь повышенный уровень валютных резервов. В нашем случае оптимальным является уровень резервов, достаточный, чтобы покрывать значительные оттоки капитала на протяжении двух–трех лет плюс обычный уровень достаточности резервов. По нашим расчетам, такой ориентировочный уровень составляет порядка 500 млрд долл. США.

Хочу ещё раз подчеркнуть, что проведение операций на валютном рынке для целей пополнения международных резервов совместимо с политикой инфляционного таргетирования, так как эти операции не имеют своей целью поддержание курса рубля на определенном уровне. Кроме того, они не снижают эффективности процентного канала денежно-кредитной политики. Их влияние на рублевую ликвидность стерилизуется нами: на величину интервенций корректируются объемы операций Банка России по управлению ликвидностью банковского сектора.

Мы отдаем себе отчет в том, что накопление резервов даже небольшими ежедневными объемами в конечном итоге оказывает влияние на платежный баланс и валютный курс. Но проведенные нами расчеты показывают, что постепенное пополнение резервов заявленными темпами не противоречит нашей цели снизить инфляцию до 4%, так как при принятии решений мы учитываем весь комплекс факторов, воздействующих на динамику потребительских цен.

Несколько слов о принятом сегодня решении и потенциале дальнейшего снижения процентных ставок. Нормализация ситуации на финансовых рынках и наметившийся разворот в динамике инфляции не должны порождать самоуспокоенности. Необходимо сохранять трезвый взгляд на перспективы развития событий, действовать взвешенно и постепенно. Мы часто слышим призывы к Банку России предпринимать более агрессивные шаги по снижению ключевой ставки. Однако попытка достичь быстрых результатов может привести только к дестабилизации ситуации, созданию и наращиванию дисбалансов в экономике.

Так, замедление роста кредитования является процессом, обусловленным объективными факторами как со стороны спроса, так и со стороны предложения.

Далее. Резкое снижение процентных ставок может привести к снижению привлекательности рублевых вложений. Следствиями этого могут стать как рост долларизации депозитов населения и корпоративного сектора, так и усиление оттока капитала, повышение волатильности на финансовых рынках и избыточное ослабление национальной валюты.

Внутренние сбережения являются важнейшим, а при условии практически закрытых внешних рынков, можно сказать, единственным источником внутренних инвестиций.

Кроме того, возможная при резком снижении ставки дестабилизация валютного рынка может негативно повлиять на динамику инфляционных ожиданий. Как я уже отметила, сохранится ли тенденция к снижению инфляционных ожиданий, получит ли она развитие имеет решающее значение для замедления инфляции как в текущем году, так и в среднесрочной перспективе. А закрепление инфляционных ожиданий на повышенном уровне – один из основных рисков для реализации нашего базового макроэкономического прогноза.

Мы должны принимать во внимание и другие значительные риски проинфляционного характера. Прежде всего, это риск неблагоприятных изменений внешнеэкономической конъюнктуры. Кроме того, к отклонению инфляции от нашего прогноза может привести пересмотр запланированных на 2016–2017 годы темпов увеличения регулируемых цен и тарифов и смягчение бюджетной политики.

По мере дальнейшего снижения инфляции и инфляционных ожиданий в соответствии с нашим прогнозом мы продолжим понижение ключевой ставки. Однако необходимо понимать, что мы уже прошли значительную часть этого пути, и потенциал для снижения ставки в ближайшие месяцы, конечно, ниже, чем был в начале года, с учетом названных инфляционных рисков.

Хочется ещё раз повторить, что развитие российской экономики после завершения этого наиболее трудного периода будет зависеть от того, будут ли найдены внутренние источники роста. Решающее значение здесь имеют улучшение инвестиционного климата, повышение производительности. Мы должны создать благоприятные условия для формирования этих процессов, при этом не снижая стимулы для перестройки экономики. И ценовая стабильность является одним из ключевых элементов предсказуемой и привлекательной среды для планирования инвестиций, осуществления производственной деятельности.

Наши дальнейшие шаги будут определяться задачей формирования таких денежно-кредитных условий в экономике, которые будут способствовать достижению устойчиво низкой инфляции. Но скорость снижения инфляции к цели в 4% мы, естественно, будем выбирать с учетом прогнозируемой динамики экономики, а также необходимости поддержания финансовой стабильности.

0 : 0
  • narrow-browser-and-phone
  • medium-browser-and-portrait-tablet
  • landscape-tablet
  • medium-wide-browser
  • wide-browser-and-larger
  • medium-browser-and-landscape-tablet
  • medium-wide-browser-and-larger
  • above-phone
  • portrait-tablet-and-above
  • above-portrait-tablet
  • landscape-tablet-and-above
  • landscape-tablet-and-medium-wide-browser
  • portrait-tablet-and-below
  • landscape-tablet-and-below