30 июля 2015 г. / , 10:59 / через 2 года

СПЕЦРЕПОРТАЖ-Украина бьется за контроль над своевольными батальонами

Бойцы украинского батальона "Святая Мария" перед отправкой на учения. Киев, 3 февраля 2015 года. REUTERS/Valentyn Ogirenko

КИЕВ (Рейтер) - Из подвала бывшего бильярдного клуба в центре Киева Дмитрий Корчинский командует добровольческим батальоном, помогая властям Украины сражаться с мятежниками на востоке страны. В распоряжении Корчинского, крепкого мужчины с длинными казачьими усами, несколько сотен вооруженных людей. Как он говорит, точное число - закрытая информация.

В глазах многих украинцев он и другие бойцы добровольческих отрядов - герои, которые  в начале войны подставили плечо слабой регулярной армии в боях с пророссийскими сепаратистами. Как бы то ни было, но с точки зрения властей, некоторые из добровольцев стали проблемой, выйдя за рамки законов.

Одетый в цветастую рубаху деревенского стиля, Корчинский сказал Рейтер, что подчиняется приказам МВД и что его батальон прекратит сражаться, если получит такую команду. Но он добавил: “Мы продолжим действовать своими методами независимо от государственных структур”.

Корчинский, бывший лидер ультранационалистической партии и глубоко верующий православный, хочет создать украинский христианский “Талибан” для возвращения востока Украины и Крыма, который был аннексирован Россией в 2014 году. Он не намерен легко отказываться от своих намерений.

“Я хочу, чтобы Украина возглавила крестовый поход, - говорит Корчинский, чей батальон носит имя ”Святая Мария“. - Наша миссия - это не только выгнать захватчиков, но и отомстить в полной мере. Москва должна сгореть”.

Такие разговоры и последние вспышки насилия с участием бойцов из неформальных вооруженных группировок вызвали беспокойство властей по поводу радикалов, выходящих из-под контроля. Президент Петр Порошенко теперь говорит, что все “нелегальные группировки” должны разоружиться, поскольку они угрожают сделать Украину еще более нестабильной, чем сейчас.

“Ни одна политическая сила не должна и не будет иметь никаких вооруженных ячеек. Ни одна политическая организация не будет имеет права обзаводиться банальными криминальными группировками”, - сказал Порошенко 13 июля.

Президент добавил, что может привлечь к решению проблемы вооруженных группировок правоохранительные органы и что любой вооруженный человек, не работающий в службах правопорядка, будет считаться террористом.

Но интервью с участниками добровольческих формирований и украинскими официальными лицами свидетельствуют о том, что Порошенко будет нелегко осуществить свою волю. Командиры некоторых батальонов, хотя формально и находятся под контролем властей, всё критичнее относятся к украинскими политическим лидерам. Они хотят заставить их увольнять судей, которые, по их мнению, действуют в угоду богатым и власть имущим, выгнать олигархов, которые контролируют большую часть экономики, и наказать силовиков, обвиняемых в убийстве более ста человек во время прошлогодних протестов.

   

ВНЕ СИСТЕМЫ

Большинство из почти сорока добровольческих батальонов выросли из отрядов протестующих, которые противостояли спецподразделению “Беркут” во время демонстраций на киевской площади Независимости, или майдане Незалежности, начавшихся в ноябре 2013 года.

Когда по итогам протестов был свергнут президент Виктор Янукович, в апреле 2014 года пророссийские сепаратисты начали восстание на востоке Украины, требуя независимости от новых властей в Киеве, которых назвали “фашистским режимом”. Евросоюз и США ввели против России санкции за Крым и вооруженный конфликт на Украине, не веря утверждениям Москвы о непричастности.

В ответ на действия сепаратистов несколько лидеров “евромайдана” с товарищами по демонстрациям отправились на восток в попытках остановить мятежников.

Многочисленные бригады и батальоны формировались бессистемно - командиры принимали каждого, кто хотел сражаться. Сергей Мельничук, который основал на востоке Украине батальон “Айдар”, а сейчас является депутатом парламента, сказал, что брал людей с 18 до 62 лет, “от бездомных до пенсионеров”.

Несмотря на то, что эти батальоны были нерегулярными, некоторые из них получили оружие от Минобороны, рассказывают чиновники и командиры батальонов. Другие получали деньги и снаряжение от олигархов. Пользуясь популярностью среди украинских граждан и их поддержкой, они стали мощной силой в борьбе против пророссийских сепаратистов.

В ходе интервью в Киеве Мельничук, носящий на шее крест, а на запястье - повязку цветов флага Украины, сказал, что в день создания “Айдара” в батальоне было пять человек, но через две недели - уже 250. Они все прошли Майдан и им, по словам командира, “не нужна была военная подготовка”.

Он признал, что некоторые бойцы “Айдара” вышли из-под контроля.

“Я не отрицаю, что люди там (на востоке Украины) мародерствовали”, - говорит он.

Мельничуку сейчас грозят серьезные обвинения со стороны украинской прокуратуры, связанные с тем временем, которое он провел на востоке страны. Они включают разбой и создание незаконных группировок. Мельничук отрицает обвинения.

Правозащитная группа Amnesty International документировала случаи злоупотреблений, которые, по ее данным, были совершены в прошлом году участниками “Айдара” и “приравниваются к военным преступлениям”. Обвинения включают похищение и избиение людей, подозреваемых в сотрудничестве с сепаратистами, и вымогательство денег.

В прошлом году украинские власти пытались обуздать вольницу “Айдара” и других добровольческих группировок. Они приказали подразделению преобразоваться в 24-й штурмовой батальон, вошедший в состав вооруженных сил. Мельничук описал приказ как “преступный”, но сказал, что большинству его бойцов к этому году пришлось демобилизоваться или подчиниться официальным властям.

Он и другие командиры батальонов говорят, что они не всегда лояльны властям и что некоторые группировки по-прежнему действуют по своему усмотрению.

Мельничук презрительно отзывался о попытках преследовать батальоны, сказав, что эти шаги спровоцированы российской пропагандой. Он сказал, что Россия испугалась батальонов, поскольку именно с ними были связаны наибольшие потери пророссийских мятежников, “так что они стали делать вид, что мы едим на завтрак младенцев”.

Политическая ситуация на Украине остается сложной и хрупкой, сказал он, критикуя недостаток перемен в правительстве.

“Революция была прервана агрессией (на востоке Украины), и фактически все патриоты покинули Майдан и отправились на восток защищать Украину, - сказал он. - Только десять процентов людей во власти - новые, остальные - все те же, из старой власти, и работают по тем же схемам, что и всегда”.

Основатель батальона “Торнадо” Андрей Филоненко так же решительно настроен против обвинений в адрес его бойцов. Восемь участников батальона были обвинены в преступлениях, в том числе в изнасилованиях, убийствах и контрабанде. Военный прокурор Украины Анатолий Матиос продемонстрировал видео следственного эксперимента, воспроизводящего сцену того, как бойцы “Торнадо” принудили двух пленных изнасиловать человека. Он добавил, что около 40 участников батальона были судимы. 

Филоненко сказал Рейтер, что обвинения смешны.

“Я не понимаю всех этих разговоров о судимостях, - сказал он. - Все, что я знаю, это что люди пролили свою кровь за Украину, за свою родину”.

Как и Мельничук, Филоненко сказал, что “старый порядок” не смог себя защитить. Он сказал, что обвинения были предъявлены после того, как батальон “Торнадо” раскрыл контрабандную схему, в которой были замешаны политики местного уровня с востока Украины. Чиновники утверждают, что обвинения были выдвинуты до того, как бойцы обнаружили контрабанду.

Филоненко, одетый в черную футболку с красным украинским трезубцем, высказался в защиту батальона, сославшись на насилие и недостаток сил на востоке страны.

“Это война. Они не конфеты раздают”, - сказал он.

“Подумайте об этом: есть задание, для задания тебе нужна машина, чтобы поехать на него и назад, но они тебе не дают ни машины, ни бензина, чтобы выполнить задание... Тебе надо забрать раненых... Так что ты делаешь?.. Конечно, ты останавливаешь машину и забираешь ее”.

“ОНИ МНОГО КРАДУТ”

Близкая к банкротству Украина стремится осуществить реформы, которых требовали протестующие с майдана. Ее милиция и суды по-прежнему воспринимаются как действующие в угоду власти, а взятки все еще нередки в случаях, когда нужно избежать штрафа за превышение скорости или устроить детей в хорошую школу.

Для многих в украинском руководстве власть силы, а не закона, остается соблазнительной. В марте группа вооруженных людей в боевом облачении ворвалась в киевские офисы государственной нефтяной компании Укртранснафта. Двое депутатов парламента обвинили миллиардера Игоря Коломойского, который разговаривал с журналистами на месте событий, в отправке людей в масках в здание после того, как один из его соратников был уволен с поста руководителя компании.

В заслугу Коломойскому ставится содержание добровольческих батальонов, которые защищали Днепропетровск и сражались против сепаратистов на востоке Украины.

Порошенко продемонстрировал власть, встретившись с Коломойским после инцидента, и в результате магнат покинул пост днепропетровского губернатора, однако остался влиятельным бизнесменом с политическим весом. Коломойский не ответил на просьбы о комментарии.

Министр внутренних дел Арсен Аваков сказал Рейтер, что Украина сейчас перезагружает свои властные структуры, чтобы начать “с чистого листа”, и в то же время старается избавиться от преступных элементов в батальонах.

“Как и во всех больших обществах, есть разные типы людей, - сказал он. - Мы должны сказать правду: есть те, кто занимается мародерством, и мы их наказываем, и есть те, кто героически умирает за родину, таких очень много”.

Он сказал, что некоторые вооруженные группировки присваивали себе имена батальонов и что “никто в действительности не знает, где они воюют или воевали”.

Военный прокурор Матиос сказал, что готов к действиям. Он сказал Рейтер, что собирается отправить бойцов батальона “Торнадо” под суд за их предполагаемые преступления.

“Кто принял решение, закрыл глаза на их преступное прошлое и разрешил им стать офицерами милиции? Кто дал им оружие и не предвидел возможных трагических последствий?” - сказал он в интервью.

Он сказал, что хочет проверить все батальоны, ”чтобы не получить второго “Торнадо”.

Матиос признает, что его шаги могут оказаться непопулярными.

“Я понимаю, что очень большая часть общества может даже ненавидеть меня за неблагодарный, но законный труд, который мы делаем. Это, как минимум, некомфортно”.

Перед дверями его офиса 8 июля активисты разбросали навоз. Прокурор считает, что эта акция протеста была оплачена его оппонентами.

Произошедшая в начале этого месяца перестрелка между полицией и силами, связанными с политической группой “Правый сектор”, продемонстрировали, что вопрос независимых вооруженных групп должен решаться, говорят чиновники.

“Правый сектор”, ультраправая украинская националистическая партия, у которой есть добровольческие батальоны, сказала, что двое ее членов были убиты, после того как в городе Мукачево на западе Украины на них напала милиция. МВД утверждает, что группировка открыла огонь первой.

После этого происшествия “Правый сектор” призвал к отставке министра Авакова и грозил послать боевые батальоны на Киев.

Власти Украины говорят, что “Правый сектор” и другие группы должны определиться - быть ли им политическими силами или боевыми подразделениями, и что и тем, и другим одновременно быть нельзя. Однако у командиров есть политические взгляды.

В своей штаб-квартире в бывшем бильярдном клубе командир батальона “Святая Мария” Корчинский прямо высказал свое презрение к властям.

“Как и большинство украинцев, я думаю, что (новые власти) плохие... Они много крадут. Когда Янукович крал, это было плохо. Но эти люди вернулись к этому, когда страна воюет, так что они виновны вдвойне. Это мародерство”.

Он сказал, что революция, которая началась на Майдане, была прервана, но однажды будет совершена. Когда, он не сказал.

Если это так, то ему придется противостоять Порошенко. После событий в Мукачево президент пожаловался на проблемы, порожденные “внутренними врагами” страны.

“Анархии на Украине не допущу”, - сказал он парламенту.

При участии Натальи Зинец, Павла Политюка и Алессандры Прентис, перевод Марии Цветковой

0 : 0
  • narrow-browser-and-phone
  • medium-browser-and-portrait-tablet
  • landscape-tablet
  • medium-wide-browser
  • wide-browser-and-larger
  • medium-browser-and-landscape-tablet
  • medium-wide-browser-and-larger
  • above-phone
  • portrait-tablet-and-above
  • above-portrait-tablet
  • landscape-tablet-and-above
  • landscape-tablet-and-medium-wide-browser
  • portrait-tablet-and-below
  • landscape-tablet-and-below