June 24, 2010 / 12:43 PM / 7 years ago

Утилизация: как умирают машины

ВРЕМЯ ЧТЕНИЯ 5 МИНУТ

<p>Автомобили, утилизированные на подмосковном комбинате Втормет, 16 июня 2010 года. Советский автолюбитель, несколько лет копивший на новенький сверкающий хромом "Москвич" или солидную представительскую "Волгу", пришел бы в ужас, увидев такое. А вот Юрия Воронцова груды искореженных произведений российского автопрома только радуют.Sergei Karpukhin</p>

Глеб Столяров

НЕКРАСОВКА, Россия (Рейтер) - Советский автолюбитель, несколько лет копивший на новенький сверкающий хромом "Москвич" или солидную представительскую "Волгу", пришел бы в ужас, увидев такое. А вот Юрия Воронцова груды искореженных произведений российского автопрома только радуют.

Воронцов ежедневно скармливает две-три сотни автомобилей огромной машине, которая безжалостно рвет автохлам на ржавые куски. Заместителю гендиректора подмосковного предприятия утилизации не нравятся определения "кладбище" и "отходы". Он уверен, что его завод автомобилей выпускает "ресурс", на котором возрождается российский автопром.

С весны этого года каждый обладатель "раритета" - автомобиля старше 10 лет - может сдать его в утиль в обмен на 50.000 рублей скидки при покупке нового продукта отечественного автопрома. Власти выделили на эту программу 20 миллиардов рублей, что позволит обменять старые машины на скидки при покупке 400.000 новых автомобилей - это примерно четверть годовых продаж на российском авторынке, сжавшемся вдвое за время кризиса и показавшем первые признаки оживления с запуском программы утилизации.

На окраине поселка Некрасовка в Подмосковье, где можно утонуть по колено в грязи, стоит чистенький завод - одна из крупнейших в России из более чем 160 аккредитованных по этой госпрограмме площадок утилизации автомобилей. Подмосковный комбинат Втормет с начала эксперимента превратил около 10.500 старых автомобилей примерно в 6.000 тонн металла, рассказывает Воронцов, проводя экскурсию по своему заводу.

Около 40 процентов продукции Втормета, по его словам, поставляется после переплавки на автозаводы, в первую очередь на Автоваз, так что у покупателя новой Lada приличные шансы получить "на память" кусочек своей старой машины, которую он месяц назад сдал на переработку.

три иномарки

Будущее "сырье" для производства новых Lada зачастую выглядит новее, чем некоторые машины, используемые для частного извоза на улицах Москвы. Старые "волжанки", "копейки" и "девятки" привозят на Втормет на больших автовозах и маленьких эвакуаторах. Некоторый автохлам может еще ездить самостоятельно, а другой снимают с платформ погрузчиками.

Для начала машины попадают на площадку "осушки", где с них снимают аккумулятор, свинчивают колеса и сливают жидкости - бензин и масло. Тут же рабочие огромными монтировками выкорчевывают пластиковую отделку багажника.

Рядом высится большая гора снятых колес высотой как минимум в два человеческих роста, которые отправляются на вторичную переработку.

"Эти шины иногда загружаем в шредер, измельчаем, отделяем металл, а резина идет на Чеховский регенератный завод", - говорит Воронцов.

Аккумуляторы и жидкости, по его словам, тоже отдаются на переработку.

Похожий на руку гигантского животного пятипалый кран-"грейфер" бесцеремонно зацепляет "осушенные" машины за крышу, разбивая стекла, и укладывает их штабелями под открытым небом.

В куче высотой 5-6 метров лежит дневной "запас" сданных на переработку машин, как подсказали рабочие - около 150 штук. Здесь в основном старые "Жигули", "Волги", "Таврии", "Москвичи". Иномарки тут редкий гость, в куче нашлись только три экземпляра от BMW, Volvo и Opel.

На следующем этапе утилизации советский автопром уже ничем не отличается от немецкого - все машины превращаются в кучу металлолома.

гигантская мясорубка

Жизнь когда-то дорогих сердцу их владельцев автомобилей окончательно рвется в агрегате с пугающим названием "разрыватель".

Он напоминает гигантскую мясорубку - кран загружает в него старый автомобиль, а снизу через несколько секунд высыпается груда металла - бесформенные ржавые железки и мусор, которые потом отправляются в шредер для измельчения.

"Вот смотрите - в этой маленькой кучке 5 машин, это все, что от них осталось", - говорит сотрудник Втормета, показывая на то как кран равнодушно сгребает ошметки металла и пластмассы.

О том, что происходит на следующем этапе - в закрытом шредере - можно судить лишь по результату. Это небольшая кучка металлической стружки, которая потом прессуется и отправляется на переплавку в металлургическое производство Втормета, а оттуда - на Автоваз, НЛМК и Северсталь.

Внутри шредера идет "магнитная сепарация и воздушная сепарация - выделяется черный металл, цветной металл и отходы", рассказывает Воронцов.

Неметаллические части бывших машин не перерабатываются, а отправляются для захоронения на полигон в Московской области.

"Нет у нас предприятий, которые занимаются переработкой пластмассы, стекла, кожи, полимерных материалов", - расстраивается Воронцов.

Впрочем, работники Втормета по поводу утилизации автомобилей не сентиментальничают. В обороте завода, перерабатывающего также металлолом, железнодорожные вагоны и военную технику, она занимает сейчас всего 12 процентов.

"Человек ничего кроме отходов не создает... но надо этими отходами правильно пользоваться... Надо не называть это отходом, надо говорить, что это ресурс", - говорит Воронцов и мечтает пустить весь мусор в дело.

Редактор Антон Зверев

0 : 0
  • narrow-browser-and-phone
  • medium-browser-and-portrait-tablet
  • landscape-tablet
  • medium-wide-browser
  • wide-browser-and-larger
  • medium-browser-and-landscape-tablet
  • medium-wide-browser-and-larger
  • above-phone
  • portrait-tablet-and-above
  • above-portrait-tablet
  • landscape-tablet-and-above
  • landscape-tablet-and-medium-wide-browser
  • portrait-tablet-and-below
  • landscape-tablet-and-below