December 27, 2019 / 1:41 PM / 7 months ago

ПРЯМАЯ РЕЧЬ-ЦБР о рисках периода низких ставок, привлекательности ОФЗ, долгах корпоратов

МОСКВА (Рейтер) - Вложения иностранных инвесторов в ОФЗ достигли рекордных 2,85 триллиона рублей, но по международным меркам зависимость России от внешнего финансирования невысока и опыт показал, что в периоды нарастания санкционных рисков существенная часть этих инвесторов вела себя консервативно, сохраняя свои позиции в госбумагах, сказала в интервью Рейтер глава департамента финансовой стабильности ЦБР Елизавета Данилова.

Елизавета Данилова, директор Департамента финансовой стабильности ЦБ РФ, во время интервью в Москве, Россия, 18 декабря 2019 года. REUTERS/Andrey Ostroukh

Центробанк ожидает замедления темпов роста потребительского кредитования до 10% в следующем году и допускает, что дополнительные меры макропруденциальной политики в этом секторе могут и не потребоваться, в отличие от ипотеки, где снижение ключевой ставки ЦБР сильнее влияет на стоимость кредитов, а значит, грозит накоплением рисков закредитованности

Ниже следуют развернутые высказывания Елизаветы Даниловой:

О ТЕМПАХ РОСТА ПОТРЕБКРЕДИТОВАНИЯ:

“Сейчас темпы роста продолжают снижаться во многом в ответ на наши меры, это уже не те высокие темпы, которые наблюдались, например, весной, когда рост максимально доходил до 25% г/г. На 1 декабря аннуализированный сезонно сглаженный темп прироста составил 17,8% и по итогам года может быть еще ниже”.

ПРОГНОЗ НА 2020 ГОД:

“Если в этом году темпы будут ниже 20%, то в 2020 году, по нашим прогнозам, произойдет замедление до 10% или чуть выше”.

БЕЗ МЕР ЦБ ОТМЕЧАЛОСЬ БЫ ЗАМЕДЛЕНИЕ ТЕМПОВ РОСТА ПОТРЕБКРЕДИТОВАНИЯ ЕСТЕСТВЕННЫМ ОБРАЗОМ ПО МЕРЕ ОСЛАБЕВАНИЯ ЭФФЕКТА ДОГОНЯЮЩЕГО РОСТА?

“Я думаю, наши меры играют значительную роль. Это подтверждает такой показатель, как доля одобренных заявок на кредиты. В третьем квартале объем заявок продолжал расти – на 20% к предыдущему кварталу, но доля одобренных заявок снизилась с 35% до 31%, банки стали избирательнее, и это, видимо, продолжится. Выдачи сокращаются из-за того, что наши меры работают. Рост требований к капиталу влечет за собой снижение рентабельности, соответственно, банки чаще воздерживаются от выдачи кредита в случае высокой долговой нагрузки заемщика”.

О СНИЖЕНИИ КЛЮЧЕВОЙ СТАВКИ, НЕ СПРОВОЦИРУЕТ ЛИ УДЕШЕВЛЕНИЕ КРЕДИТОВ НОВОЕ УСКОРЕНИЕ ТЕМПОВ РОСТА ПОТРЕБКРЕДИТОВАНИЯ?

“Денежно-кредитная политика и макропруденциальная политика взаимосвязаны, однако если в необеспеченном потребительском кредитовании и будет некоторое смягчающее влияние со стороны ДКП, то оно будет несущественным и не снизит эффективность макропруденциальных мер. Почему мы так думаем? По ряду причин. Во-первых, с 1 октября действует шкала, основанная не только на ПСК, как раньше, но и на ПДН. Фактор ПДН существенно в меньшей степени зависит от уровня ставок, и у нас как раз высокие надбавки к коэффициентам риска установлены по кредитам с высоким ПДН.

Во-вторых, в целом уровень надбавок стал существенно выше, чем был раньше. Например, раньше у нас по ПСК ниже 10% не было надбавок вообще, теперь если ПСК ниже 10%, но при этом ПДН больше 80%, то есть у заемщика высокий уровень закредитованности, коэффициент риска будет 210%, это достаточно существенно.

Надбавки будут усиливать дальше свое действие, так как наши меры всегда действуют на новые кредиты. Мы уже в четвертый раз с 2018 года ужесточили меры и видим, что по мере обновления портфеля надбавки оказывают все больший ограничительный эффект. Снижение процентных ставок скорее коснется физических лиц с невысокой долговой нагрузкой, соответственно, если по таким заемщикам будет рост кредитования, то это не страшно с точки зрения финансовой стабильности”.

ПРОГНОЗ НА СЛЕДУЮЩИЙ ГОД В 10% УЖЕ ВКЛЮЧАЕТ ЭФФЕКТ ОТ ДАЛЬНЕЙШЕГО СНИЖЕНИЯ СТАВОК В ЭКОНОМИКЕ?

“Да, мы вместе с коллегами из департамента денежно-кредитной политики сделали такой прогноз”.

ПОТРЕБУЮТСЯ ОТ ЦБ ДОПОЛНИТЕЛЬНЫЕ МЕРЫ В ПОТРЕБКРЕДИТОВАНИИ?

“Нужно сначала оценить эффективность уже принятых мер, но мы начали обсуждение дополнительного инструментария – это количественные ограничения, в сентябре опубликовали доклад. Сейчас мы обсуждаем с Минфином и другими ведомствами, как могли бы выглядеть такие ограничения, целесообразно ли вносить изменения в закон. На наш взгляд, это целесообразно, причем для стратегического развития макропруденциальной политики, а не только в привязке к нынешней ситуации в необеспеченном потребительском кредитовании: здесь у нас есть основания думать, что уже принятых мер будет достаточно. 

Международный опыт показывает, что целесообразно иметь полный арсенал мер: многие страны используют и капитальные меры (контрциклический буфер, секторальные меры), и меры количественного характера, когда ограничивают долю рискованных кредитов в объеме выдач. Например, в ряде стран доля выдач новых кредитов с ПДН выше 50% для каждого банка сначала ограничивается на уровне 30% и затем поэтапно снижается до 10%, что дает рынку возможность постепенно подстроиться к ограничениям. Мы обсуждаем эти подходы с банками и другими участниками рынка”.

ВСЕ БАНКИ ВОЗРАЖАЛИ ПРОТИВ КОЛИЧЕСТВЕННЫХ ОГРАНИЧЕНИЙ, ВРЯД ЛИ КТО-ТО ПОДДЕРЖАЛ?

“Сначала о том, что банки поддерживают в количественных мерах. Они упоминают, что нынешние надбавки действуют по-разному на банки в зависимости от ситуации с капиталом. Если у банка достаточность капитала приближается к минимальному уровню, то меры будут действовать сильнее, если большой запас капитала – банк может позволить себе достаточно долго выдавать рискованные кредиты. Некоторые банки отмечают, что это недостаток действующих мер, а количественные ограничения лишены этого недостатка, потому что они в равной степени влияют на все банки. 

Многие респонденты упоминали, что количественные меры могут применяться и к банкам, и небанковским организациям. Хотя пока на МФО и прочих небанковских кредиторов приходится всего 2% рынка необеспеченного кредитования, предпосылки для регулятивного арбитража все же существуют. Поэтому для банков, которые активно комментировали доклад, количественные ограничения представляют интерес, т.к. позволяют устранить проблему регулятивного арбитража.

Было бы неправильно говорить, что банки полностью поддерживают наши предложения. Они привели несколько аргументов против. Например, по их мнению, такие меры могут оказать негативное влияние на доступ к кредитованию определенных групп населения. Банки опасаются, что доступ к финансовым услугам могут потерять люди с неформальными доходами, высоко закредитованные заемщики. Здесь действительно есть компромисс между финансовой стабильностью (необходимостью поддерживать устойчивое развитие рынка) и финансовой доступностью. Поэтому при проведении политики постоянно нужно проводить анализ издержек в случае принятия и непринятия мер.

Опыт других стран показывает, что многие опасения снимаются путем гибкого действия мер. Это может быть не полный запрет, как, например, в азиатских странах, где LTV очень жестко ограничен на уровне 50%, и нельзя выдать ни один кредит с более высоким значением LTV. Может быть выбран более гибкий инструмент, о котором я упомянула, - ограничение доли рискованных кредитов в объеме выдач. Если допустим использовать ограничение по ПДН, в эту долю попадут те, кого банки все же готовы будут кредитовать — наиболее ответственные клиенты с высоким уровнем ПДН. 

Например, банки говорят, что это люди с неформальными доходами, чей доход при расчете ПДН оказывается заниженным из-за консервативных требований нашей методики по оценке дохода. Также банки часто отмечают, что более обеспеченные заемщики могут позволить иметь высокий ПДН: если у человека после выплат по кредитам больше остается денег, то риски меньше. За счет правильной калибровки, гибкости количественного ограничения можно найти компромисс между сдерживанием системных рисков и обеспечением финансовой доступности”.

ДАЛЬШЕ БОЛЕЕ ВЕРОЯТНО НЕ ОЧЕРЕДНОЕ ПОВЫШЕНИЕ КОЭФФИЦИЕНТОВ РИСКА ПО ПОТРЕБКРЕДИТАМ, А ЦБ БУДЕТ ЖДАТЬ ПРИНЯТИЯ ЗАКОНА О КОЛИЧЕСТВЕННЫХ ОГРАНИЧЕНИЯХ?

“Мы считаем, что закон был бы полезен в любом случае, на будущее, это стратегическая мера. Еще одним плюсом количественных ограничений является то, что мы замораживаем не слишком много капитала под покрытие этих рисков, это тоже аргумент, который банки приводили. Текущий уровень надбавок создаст такой буфер капитала, который может покрыть риски в случае стресса. Более высокие надбавки оставили бы в распоряжении банков меньше капитала, который иначе мог бы быть использован в корпоративном кредитовании, проектном финансировании. То есть у инструмента количественных ограничений много плюсов”.

НА КАКОМ ЭТАПЕ ЗАКОНОПРОЕКТ?

“Минфину совместно с Банком России и ФАС поручено подготовить доклад, мы его сейчас обсуждаем. Согласованного текста законопроекта еще нет, потому что не принято окончательное решение. Наша позиция – что законопроект должен быть”.

ВЫРОС СПРОС НА КРЕДИТЫ ЗАКРЕДИТОВАННЫМ ЗАЕМЩИКАМ ВНЕ БАНКОВСКОГО СЕКТОРА, ТО ЕСТЬ ПРОИСХОДИТ ВЫТЕСНЕНИЕ ИХ ИЛИ НЕТ?

“Пока, до 1 октября, такой явной тенденции мы не видели. Микрофинансовые организации наращивают свои займы быстрее, чем банки, но я бы не сказала, что идет значимое перераспределение активности. Если говорить о темпах роста, то МФО даже показали замедление с уровня 50% г/г в 2018 году до 36% г/г по результатам третьего квартала 2019 года. Да, темпы роста выше, чем у банков, но учитывая, что рост происходит с небольших объемов, значимыми эти займы не стали. Но мы продолжим наблюдать за этим. Также мы обеспечили, чтобы на МФО тоже распространялся ПДН, методика у них очень близка к банковской, с некоторыми особенностями. Уже созданы условия для того, чтобы не было значимого регуляторного арбитража”.

О РИСКАХ ПУЗЫРЯ НА РЫНКЕ ПОТРЕБКРЕДИТОВАНИЯ ПРИ ДАЛЬНЕЙШЕМ СНИЖЕНИИ СТАВОК ПО КРЕДИТАМ ВСЛЕД ЗА КЛЮЧЕВОЙ:

“Фактор ПДН явно перевесит удешевление стоимости кредитов, надбавки действительно существенные, и они будут влиять на ситуацию. Что касается рисков пузыря, то для их оценки мы смотрим разные источники информации.

Помимо надзорной отчетности мы получаем информацию из регулярных обследований банков.

Эти обследования показывают, что с первого квартала 2019 года наблюдается рост ПДН по методикам самих банков, то есть стандарты кредитования ослабляются. За третий квартал доля кредитов с ПДН 80+ составила 10,4%, тогда как за аналогичный период 2018 года - 3,4%.

Также мы анализируем данные бюро кредитных историй. Мы изучали, что происходит с задолженностью на индивидуальном уровне, это описано в нашем докладе (опубликован 1 ноября 2019 года). Нельзя сказать, что заемщики массово берут новые кредиты для того, чтобы закрывать и обслуживать старые, большинство людей погашают свои долги и новые не берут, поэтому база заемщиков обновляется.

Тем не менее выделяется группа людей (14% от всех заемщиков), которая наращивала задолженность с 2017 года. Опять же это не говорит о том, что они выстраивают долговую пирамиду, у многих есть целевые займы, в целом по этой группе не наблюдается роста просрочки.

Будем следить за ситуацией. В целом наши меры принимаются на том этапе, когда существенные риски еще не накопились, и меры помогут их предотвратить”.

О СОЦИАЛЬНЫХ РИСКАХ В СВЯЗИ С РОСТОМ ЗАЕМЩИКОВ С ВЫСОКОЙ ДОЛГОВОЙ НАГРУЗКОЙ:

“Мы всегда анализируем возможные эффекты наших мер, смотрим, как они могут отразиться на незащищенных слоях населения. По нашей оценке, на наиболее уязвимых заемщиков - с доходами меньше 20.000 рублей и ПДН выше 80% - приходится 3% кредитов, это небольшая часть. Со своей стороны мы постарались защитить таких заемщиков - разрешили банкам не пересчитывать ПДН в том случае, если банк идет навстречу заемщику и реструктурирует его кредит. В такой ситуации высокие надбавки не будут действовать, что будет стимулировать банки соглашаться на реструктуризацию”.

О ВЛИЯНИИ НА ФИНАНСОВОЕ СОСТОЯНИЕ БАНКОВ ПЛАНОВ МИНЭКА УПРОСТИТЬ ПРОЦЕДУРУ БАНКРОТСТВА ДЛЯ СОЦИАЛЬНО УЯЗВИМЫХ ГРУПП ГРАЖДАН:

“Нужно будет сделать такую оценку, когда к нам поступит этот законопроект. Можно отметить, что доля плохих кредитов пока очень низкая. Анализ кредитов по поколениям показывает, что качество кредитов хорошее, несравненно лучше, чем было в 2012-2013 годах (доля плохих кредитов на 12-й месяц жизни поколения кредитов составляет около 2,5%). Это говорит о том, что банки старались сохранять достаточно хорошие стандарты кредитования. Так что массовых банкротств мы не ожидаем”.

С СОЦИАЛЬНОЙ ТОЧКИ ЗРЕНИЯ ПУЗЫРЬ НА РЫНКЕ ИПОТЕКИ БОЛЕЕ ОПАСЕН, ЧЕМ ПЕРЕГРЕВ ПОТРЕБКРЕДИТОВАНИЯ? 

“Потенциально ипотечный рынок тоже может создавать системные риски, хотя пока ситуация достаточно позитивна. Наш ипотечный рынок имеет большой потенциал для роста. В сравнении с другими странами задолженность по ипотеке в России небольшая. Конечно, с точки зрения банков, залог во многом снижает риски, но некоторые моменты мы должны учесть.

Например, должны учесть тот факт, что российский рынок развивается с нуля и у нас по сути не было еще ипотечных кризисов. Если посмотреть историю, то на российском рынке максимальное падение цен на недвижимость было 8% всего - в 2008-2009 годах после глобального финансового кризиса. И многие участники рынка закладывают именно такие значения в свои стресс-тесты.

Но 8% - это совсем небольшая величина, годовой темп роста цен на первичном рынке жилья в России составляет сейчас 8%, то есть вполне возможна более высокая волатильность цен. В Ирландии в период глобального кризиса цены на жилье упали на 54%, в Испании – на 37%. Также примеры других стран показывают, что в период стресса рынок теряет ликвидность и даже по сниженной цене бывает невозможно реализовать недвижимость. То есть в случае накопления плохих долгов кризис на рынке жилья может стать большой проблемой и для банков, и для населения”.

О НЕОБХОДИМОСТИ ВНЕДРЕНИЯ ПДН В ИПОТЕКЕ:

“Показатель долговой нагрузки важен не только для необеспеченных потребительских кредитов, но и для ипотеки. Доля заемщиков с ПДН выше 50% (по методикам самих банков) в ипотеке довольно высокая – 42% в третьем квартале этого года. В целом рынки ипотеки и необеспеченных кредитов не разделены, наше исследование данных БКИ показало, что все больше распространяется перекрестное использование продуктов.

В начале 2015 года 39% ипотечных заемщиков имели какие-то иные кредиты, кроме ипотеки, сейчас уже 46%. Поэтому мы не можем говорить, что есть риски накопления долговой нагрузки в сегменте необеспеченных кредитов, но нет в ипотеке”. 

НОВЫЕ МЕРЫ ЦБ КОСНУТСЯ ПОТРЕБИТЕЛЬСКИХ КРЕДИТОВ ПОД ЗАЛОГ НЕДВИЖИМОСТИ, КОТОРЫЕ ВЫДАЮТ НЕКОТОРЫЕ БАНКИ?

“Да, мы видим ряд рискованных практик, некоторые банки рекламируют кредиты на любые потребительские цели под залог жилья. Звучит заманчиво, но это большие риски, потому что человек может потерять квартиру. Есть и другие случаи, когда банк готов снизить ставку по кредиту, но предлагает заемщику одновременно увеличить объем кредита. Иногда это более-менее целесообразно, например, если необходим ремонт, но может быть и злоупотреблением, когда предлагается кредит, который на самом деле и не нужен заемщику. 

Поэтому в целях покрытия рисков мы предложили ввести дифференцированную шкалу надбавок, увеличив надбавки по ПДН свыше 50%. Шкала не такая жесткая, как по необеспеченным кредитам, учитывая более низкий уровень риска, но совсем не вводить дифференциацию по ПДН было бы неправильно. Данные банков показывают, что кредиты с высоким и с низким ПДН сильно различаются по вероятности дефолта”.

ЦБ СПЕЦИАЛЬНО ПРОПИШЕТ, ЧТО МЕРЫ РАСПРОСТРАНЯЮТСЯ НА ВСЕ КРЕДИТЫ, ДАЖЕ ПОТРЕБИТЕЛЬСКИЕ, ГДЕ ЗАЛОГОМ ВЫСТУПАЮТ ПРАВА НА ЖИЛЬЕ?

“Конечно, у нас уже так прописано в указании. Не только ипотека, но и любые кредиты под залог жилья подпадают”.

КАК МЕРЫ ЦБ В ИПОТЕКЕ ОТРАЗЯТСЯ НА БАНКОВСКОМ КАПИТАЛЕ? 

“Эти меры отражаются на банковском капитале, потому что при выдаче кредитов заемщикам с высоким ПДН банки обязаны формировать надбавки. Если банки будут снижать долю выдач закредитованным клиентам, то влияние на капитал будет меньше.

Пока действующие надбавки по ипотеке составляют 0,1 п.п. норматива достаточности капитала по банковскому сектору, по необеспеченным потребительским кредитам – 0,6 п.п. По некоторым розничным банкам буфер составляет 4,0 п.п, это те банки, у которых в портфеле в основном необеспеченные потребкредиты”.

О РАЗВИТИИ РЫНКА ИПОТЕКИ В 2020 ГОДУ:

“Высокие темпы роста будут сохраняться. Сейчас они на уровне 20%, если учесть секьюритизацию ДОМ.РФ. Мы считаем, что темпы роста останутся примерно такими же, на фоне снижения темпов роста необеспеченных кредитов ипотека будет интересной. Как раз в ипотеке влияние смягчения денежно-кредитной политики будет более сильным, это более крупные и долгосрочные кредиты, поэтому снижение ставки на несколько процентных пунктов существенно отразится на стоимости обслуживания кредита. Важны не только темпы, но и структура кредитования, чтобы не было опасных тенденций, например, роста кредитов с высоким LTV. Нам удалось эту долю сократить, но она зафиксировалась на довольно высоком уровне, поэтому наши меры по кредитам с LTV 80-90% продолжают оставаться достаточно жесткими”.

О ДАЛЬНЕЙШИХ ПЛАНАХ РЕГУЛИРОВАНИЯ РЫНКА ИПОТЕКИ И НЕОБЕСПЕЧЕННЫХ ПОТРЕБКРЕДИТОВ:

“Планируем периодически проводить рекалибровку надбавок. Важно, что со следующего года ЦБ будет получать не просто данные обследования, а уже официальную статистику. Вводится новая форма отчетности, где будет подробная разбивка по выдачам кредитов, необеспеченных и ипотечных, по диапазонам ПДН, ПСК, LTV. У нас будет больше объективной информации, и при необходимости будем делать пересмотр надбавок”.

ВЛОЖЕНИЯ ИНОСТРАНЦЕВ В ОФЗ ДОСТИГЛИ РЕКОРДНЫХ 2,8 ТРЛН РУБ, ЭТОТ УРОВЕНЬ ВЫГЛЯДИТ РИСКОВАННЫМ С ТОЧКИ ЗРЕНИЯ СТАБИЛЬНОСТИ РЫНКА В СЛУЧАЕ НЕГАТИВНОГО РАЗВИТИЯ СОБЫТИЙ?

“Прежде всего, нас защищает небольшой объем долга в целом у России, по международным меркам наш госдолг очень небольшой (13% ВВП на 1 октября 2019 года). Профицитный бюджет, низкий госдолг - это основные фундаментальные причины, благодаря которым российский рынок высокоустойчивый. 

Вторая причина - это наличие внутренних инвесторов, мы видели неоднократно во время волатильности 2018 года, что российские инвесторы - НПФ и банки - во время выхода нерезидентов с рынка увеличивали свои вложения в ОФЗ. Благодаря им колебания доходностей носили ограниченный характер. Крупные банки имеют стимулы вложений в ОФЗ, для них это актив, необходимый для управления ликвидностью и соблюдения нормативов, в том числе показателя краткосрочной ликвидности. НПФ и компании страхования жизни также активно увеличивали свои вложения в ОФЗ в последние годы”.

ЦБ КАК-ТО СПЕЦИАЛЬНО СТИМУЛИРОВАЛ ИХ ДЕЛАТЬ ЭТО, ПОКУПАТЬ ОФЗ, КОГДА НЕРЕЗИДЕНТЫ ВЫХОДЯТ?

“Принятые меры прежде всего были направлены на совершенствование регулирования и снижение рисков этих организаций. Например, для НПФ было введено требование проходить стресс-тестирование в соответствии со сценарием Банка России, что, с одной стороны, способствовало росту их вложений в более качественные активы. С другой стороны, почему не купить, когда цены ОФЗ просели из-за выхода нерезидентов? Для покупателей сложились благоприятные ценовые условия, плюс требования регулирования, которым они должны соответствовать - все это вместе стимулировало их приобретать ОФЗ”.

СКОЛЬКО, ПО ОЦЕНКЕ ЦБ, КОНСЕРВАТИВНЫХ ИНОСТРАННЫХ ИНВЕСТОРОВ, ТО ЕСТЬ ТЕХ, КОТОРЫЕ БУДУТ СИДЕТЬ В ОФЗ ДО ПОГАШЕНИЯ, А НЕ УБЕГАТЬ ПРИ НЕБОЛЬШОМ РОСТЕ ВОЛАТИЛЬНОСТИ? 

“С оценкой базы инвесторов достаточно сложно, надежной информации нет, это не только для нашего рынка характерно, но и на международном уровне часто обсуждается, что нет достаточной информации об инвесторах на локальных рынках облигаций.

В периоды нарастания санкционных рисков имела место повышенная волатильность и доля иностранцев колебалась, но, наверное, существенная часть инвесторов - это достаточно консервативные инвесторы.

Например, в 2019 году нерезиденты довольно спокойно реагировали на стрессовые события. В августе 2019 года, когда были объявлены санкционные ограничения США на покупку новых российских евробондов и в целом конъюнктура для формирующихся рынков была не очень хорошей, доля нерезидентов в ОФЗ снизилась всего на 0,3 п.п. с 30 до 29,7%, причем очень кратковременно. На рынке государственных еврооблигаций вообще такого тренда не наблюдалось.

В целом доля нерезидентов в ОФЗ (32%) является не очень высокой по международным стандартам. Есть рынки, где и доля нерезидентов выше, и сам объем долга существенно больше”.

ПО МЕРЕ ЗАВЕРШЕНИЯ ЦИКЛА СНИЖЕНИЯ КЛЮЧЕВОЙ СТАВКИ ЦБР, КАКАЯ ЧАСТЬ НЕРЕЗИДЕНТОВ МОЖЕТ РЕШИТЬ ЗАФИКСИРОВАТЬ ПРИБЫЛЬ И УЙТИ НА АЛЬТЕРНАТИВНЫЕ РЫНКИ?

“О конкретной доле сложно говорить, есть разные группы инвесторов, есть и те, которые ориентированы на краткосрочную доходность. С другой стороны, многое будет зависеть от глобальной конъюнктуры, от того, как российский рынок будет выглядеть на фоне альтернативных рынков. Интерес инвесторов будет определяться многими факторами, включая соотношение риск/доходность. Возможно, рынок ОФЗ останется и дальше привлекательным для иностранных инвесторов. Пока во многих странах продолжается период рекордно низких процентных ставок, в некоторых странах ЕМ наблюдалась повышенная волатильность в последние месяцы. В целом в 2019 году, если подводить итоги, российский рынок был одним из наиболее привлекательных в плане доходности”.

О ВЛИЯНИИ ОТРИЦАТЕЛЬНЫХ СТАВОК В ЕВРОЗОНЕ НА РОССИЙСКИЕ БАНКИ:

“Если смотреть не только на евро, но и на ситуацию с валютизацией в целом, то по депозитам юридических лиц в иностранной валюте отмечается снижение. На 1 апреля 2019 года доля таких депозитов была 34,5%, на 1 декабря - 31,7% с корректировкой на динамику курса.

Мы видим, что экспортеры преимущественно конвертируют свою валютную выручку в рубли и дальше используют ее для осуществления расходов внутри России, или держат на банковских депозитах, в основном в рублях. 

Если говорить про структуру привлеченных средств по разным валютам, то рост доли в евро понятен, поскольку растет доля евро во внешнеторговых расчетах. У некоторых банков летом возросли остатки на счетах клиентов в евро, причем не у экспортеров, поэтому мы и организовали рабочую группу, чтобы изучить масштаб проблемы. Группа продолжает работать, но пока банки минимизируют свои потери, вводя комиссии для компаний за размещение евро на счетах. Это позволяет им избежать арбитража, который возникает из-за разницы ставок по депозитам у нас и за границей. Тарифная политика на данный момент решает проблему арбитража”.

ИГРОКИ ГОВОРЯТ, ЧТО ДЛЯ РАЗВИТИЯ РЫНКА ЕВРО У ЦЕНТРОБАНКА ДОЛЖНЫ БЫТЬ ИНСТРУМЕНТЫ РЕФИНАНСИРОВАНИЯ В ЕВРО, СОГЛАСНЫ?

“Здесь многое делается самим рынком, без вмешательства регулятора. Например, НКЦ расширяет доступ российского рынка к глобальным провайдерам ликвидности, это стимулирует развитие валютного рынка”.

У ЦБ МОЖЕТ ПОЯВИТЬСЯ СПЕЦИАЛЬНЫЙ ИНСТРУМЕНТ ПОДДЕРЖКИ В ЕВРО, НА СЛУЧАЙ ДЕФИЦИТА НА РЫНКЕ ЭТОЙ ВАЛЮТЫ?

“У ЦБ есть стандартный долларовый своп, которым довольно редко пользуются банки. Почему нет такого же в евро? Нет необходимости, на рынке нет дефицита евро.

В целом на фоне девалютизации кредитов российские банки несколько увеличили свои ликвидные активы в иностранной валюте, это МБК, депозиты в иностранных банках, та ликвидная часть, которая нами рассматривается как подушка ликвидности, позволяющая рынку проходить сложности без проблем. В сентябре на американском денежном рынке наблюдался некоторый дефицит, ФРС даже внедряла новые инструменты предоставления ликвидности, но наш рынок пережил это спокойно, потому что подушка валютной ликвидности у банков поддержала рынок”.

РАЗМЕЩЕНИЕ ВАЛЮТЫ ЗА ГРАНИЦЕЙ УВЕЛИЧИВАЕТ ОТТОК КАПИТАЛА, ДЛЯ ЦБ ЭТО НЕ СТРАШНО? 

“Отток капитала – это всегда обратная сторона положительного текущего счета. Но здесь не идет речь о каких-то избыточных объемах, скорее наоборот, поэтому ситуация благоприятна”.

ЦБР ВИДИТ ВЫСОКУЮ КОНЦЕНТРАЦИЮ КРЕДИТНОГО ПОРТФЕЛЯ БАНКОВ НА КРУПНЫХ КОМПАНИЯХ, КАКИЕ МАКРОПРУДЕНЦИАЛЬНЫЕ МЕРЫ БУДУТ ИСПОЛЬЗОВАТЬСЯ ДЛЯ ОГРАНИЧЕНИЯ ДОЛГОВОЙ НАГРУЗКИ НЕФИНАНСОВЫХ КОМПАНИЙ? 

“Проблема концентрации достаточно типична для российского рынка, она связана со структурой экономики, с тем, что у нас есть очень крупные компании, активы которых по размеру превышают активы многих банков. В предыдущие годы кредитование нашими банками крупных заемщиков быстро росло в том числе потому, что происходило замещение внешнего долга на внутренний. В текущем году ситуация изменилась, кредитование компаний в целом росло медленно.

Многие крупные компании получили очень хорошую прибыль, нашли возможность увеличить дивидендные выплаты и погасить кредиты. Поэтому проблема концентрации несколько снизилась. Но это не означает, что она не вернется в будущем и снова не начнется ускоренное накопление долгов. Поэтому мы продолжаем работу с банками: разрабатываем подходы к выявлению компаний с высокой долговой нагрузкой и возможные меры реагирования, потому что мы хотим, чтобы у нас был готовый инструментарий, если проблема возникнет.

Сейчас мы сосредоточились на мониторинге, провели обследование банков, чтобы выработать критерии долговой нагрузки компаний. Банки предложили показатели, которые считают более релевантными для прогнозирования кредитного риска. Одно из важных замечаний было, что необходимо учитывать отраслевую дифференциацию. Мы с этим согласны.

Например, в добывающих отраслях, в транспорте, если не брать авиакомпании, в энергетике, традиционно низкая долговая нагрузка. И у нас, и в других странах это обусловлено моделью бизнеса. В ряде отраслей - ритейл, авиакомпании - традиционно высокая долговая нагрузка, и когда по новому стандарту МСФО арендные платежи стали включаться в долг, она еще подросла. Поэтому должны быть дифференцированные пороговые значения долговой нагрузки в зависимости от отрасли”.

В КАКИХ ОТРАСЛЯХ ПРЕДЕЛЬНЫЕ ЗНАЧЕНИЯ ДОЛГОВЫХ МЕТРИК (СОВОКУПНЫЙ ДОЛГ/EBITDA И EBITDA/ПРОЦЕНТНЫЕ РАСХОДЫ) БУДУТ МИНИМАЛЬНЫ? 

“Это те, которым фундаментально свойственна более низкая долговая нагрузка - добывающий сектор и другие, которые я называла. Но мы еще продолжаем выработку решения, чтобы определить взаимосвязь этих показателей с уровнем вероятности дефолта заемщика. Мы смотрим, как разные пороговые значения срабатывали в прошлом. Определенная информация для оценки у нас уже есть, несколько кредитных циклов прошло, случались крупные банкротства, и можно делать выводы”.

ЦБ СООБЩАЛ О ТАКИХ МЕРАХ ДЛЯ КОМПАНИЙ “С СИСТЕМНО ЗНАЧИМЫМ АБСОЛЮТНЫМ УРОВНЕМ ДОЛГА, ОБЛАДАЮЩИХ ПОВЫШЕННЫМ УРОВНЕМ ДОЛГОВЫХ МЕТРИК”, СКОЛЬКО ТАКИХ КОМПАНИЙ В РОССИИ? 

“Здесь необходимо смотреть на значимость компании для экономики, для российского финансового рынка, поэтому мы с банками обсуждаем критерии, которые должны использоваться. В докладе мы предлагали использовать норматив Н6, числитель норматива может быть первичным критерием, чтобы банки тестировали на критерии долговой нагрузки свои крупные позиции. Но также должен быть системный критерий, например, долг компании относительно ВВП, чтобы определять не просто крупных заемщиков для банка (для этого есть норматив концентрации), но чтобы выявлять проблемы крупных компаний, которые могут обернуться системными рисками”.

ТАК ЭТИ МЕРЫ ОТЛОЖЕНЫ ЗА ПРЕДЕЛЫ ЗА 2020 ГОДА ИЛИ В СЛЕДУЮЩЕМ ГОДУ ВЕРНЕТЕСЬ К РАБОТЕ?

“Мониторинг в любом случае будем продолжать, а будем ли мы внедрять меры - будет зависеть от развития ситуации. Наша цель - внедрять меры на этапе ускоренного роста долговой нагрузки, но если его не будет происходить, то и целесообразности в мерах не будет”.  

ОСОБЕННОСТИ МЕР ЦБ ДЛЯ БАНКОВ, ИСПОЛЬЗУЮЩИХ ПВР-ПОДХОД:

“В целом меры макропруденциальной политики касаются и банков, использующих стандартизированный подход, и банков, использующих ПВР-подход, для последних есть некоторые особенности, учитывая что те системные риски, которые мы закладываем в надбавках, они отчасти учли в своих моделях. Но они тоже формируют надбавки, если у них есть необеспеченные кредиты, ипотека, валютные кредиты. Мы хотим быть уверенными, что эти риски покрыты. Использует ли банк стандартизированный или ПВР-подход - мы должны быть уверены, что у него создан буфер на случай стресса”.

НЕ ПЛАНИРУЕТ ЛИ ЦБ КАК-ТО АДМИНИСТРАТИВНО СВЕРНУТЬ БКЛ РАНЬШЕ 1 МАЯ 2022 ГОДА?

“Лимиты БКЛ определены на год вперед, у большинства банков договоры действуют до 1 квартала 2020 года, поэтому ситуация пока не поменялась с весны 2019 года, когда эти решения были приняты. Предполагается, что до 2022 года БКЛ останутся, но постепенно лимиты будут сокращаться и банки будут выходить из этого инструмента. Форсировать их сворачивание не планируется”.

НАСКОЛЬКО ИНСТИТУТ ЦЕНТРАЛЬНОГО КОНТРАГЕНТА ОПРАВДАЛ СЕБЯ В КРИЗИСНЫХ СИТУАЦИЯХ И КАК ЦБР ПЛАНИРУЕТ НАДЗИРАТЬ ЗА ДЕЯТЕЛЬНОСТЬЮ НКЦ В ДАЛЬНЕЙШЕМ?

“Переход на ЦК - это часть глобальной реформы. Мировой финансовый кризис показал, что наличие такого института на рынке деривативов позволило бы во многом предотвратить заражение на рынках, поэтому перевод биржевых стандартизированных сделок на централизованный клиринг стал одной из ключевых задач.

У нас эта работа тоже ведется. В 2020 году на повестке будет перевод на ЦК рынка рублевых процентных свопов. Но исторически так сложилось, что развитие нашего ЦК началось раньше, чем в других странах. ЦК в лице НКЦ начал работать еще в 2007 году на валютном рынке Московской Биржи, постепенно на ЦК переходили все новые и новые сегменты рынка: фондовый рынок, рынок РЕПО, срочный рынок и т.д.

Следствием этого стал рост системной значимости самого центрального контрагента. Действительно, мы сосредоточили риск контрагента на одной организации, поэтому к ней надо предъявлять повышенные требования. Мы этим занимаемся и тщательно следим, чтобы маржи и других ресурсов у ЦК было достаточно для покрытия колебаний на рынке. Задача надзора со стороны Банка России – контролировать, чтобы центральный контрагент надлежащим образом выполнял все процедуры и тщательно следил за своими рисками. Ключевую роль в данном вопросе играет стресс-тестирование. Важно моделировать различные стрессовые ситуации, чтобы у ЦК было достаточно ресурсов покрывать потенциальные потери.

В целом глобальная реформа ЦК не закончена. Поэтому мы активно участвуем в работе Совета по финансовой стабильности и внедряем у нас передовые практики”.

ЧЕРЕЗ ЦК ИДЕТ БОЛЬШОЙ ОБЪЕМ СДЕЛОК РЕПО, НЕ ПЛАНИРУЕТ РЕГУЛЯТОР ВВОДИТЬ СПЕЦИАЛЬНЫЕ КОЭФФИЦИЕНТЫ ДЛЯ ОЦЕНКИ РИСКА КОНЦЕНТРАЦИИ?

“У нас уже есть такой норматив для ЦК - это лимит на концентрацию обеспечения. Тут мы снова возвращаемся к проблеме, что у нас крупные компании имеют существенные позиции, и наш финансовый рынок носит концентрированный характер, в том числе рынок облигаций. Сейчас ситуация улучшается, концентрация снижается, структура принимаемого обеспечения ЦК становится более диверсифицированной, мы видим, что в сделках участвует все больше участников. Активно развивается также инструмент КСУ, что позволяет участникам управлять обеспечением и повышать ликвидность. Таким образом, концентрация на крупных компаниях есть, но мы видим позитивную тенденцию по ее снижению”.

КОНЦЕНТРАЦИЯ СНИЖАЕТСЯ ПОЧЕМУ? ЗА СЧЕТ ВЫГАШЕНИЯ БУМАГ ИЛИ ЦЕЛЕНАПРАВЛЕННО КАКИЕ-ТО МЕРЫ ПРИНИМАЛИСЬ?

“В целом, за счет развития рынка. Год был благоприятным и для ОФЗ, и для других облигаций, объем выпущенных корпоративных облигаций составил более 1 трлн. рублей. Новые активы принимаются в обеспечение НКЦ, сделки становятся более диверсифицированными. Увеличивается емкость рынка и доля крупных эмитентов снижается”.

КАКИЕ ВНЕШНИЕ РИСКИ, ПО ОЦЕНКЕ ЦБР, БУДУТ ПРЕОБЛАДАТЬ В 2020 ГОДУ? ЖДЕТЕ ЛИ УСИЛЕНИЯ ВОЛАТИЛЬНОСТИ В СВЯЗИ С ОЧЕРЕДНЫМ ВЫБОРНЫМ ЦИКЛОМ В США?

“Риски 2020 года во многом будут продолжением тех проблем, которые уже сформировались. Это прежде всего ухудшение перспектив экономического роста в условиях торгового протекционизма. Сюда относится неопределенность в торговых переговорах США и Китая (хотя некоторых договоренностей недавно удалось достигнуть), другие региональные торговые споры, неурегулированность вопроса Brexit, который подразумевает длительный процесс заключения большого количества соглашений.

В последние годы усилились геополитические риски, и пока нет причин сбрасывать их со счетов.

На текущий момент ситуация на мировых финансовых рынках остается спокойной, в том числе из-за того, что центральные банки ряда ведущих стран снизили процентные ставки. Однако low for longer несет потенциал к накоплению в будущем рисков финансовой стабильности, формированию “пузырей”. В условиях низких ставок усиливается склонность инвесторов к риску. В развитых странах растет задолженность населения и нефинансовых организаций (в том числе с уже высокой долговой нагрузкой), многие страны с формирующимися рынками рекордно наращивают внешние долги. Для ряда стран (прежде всего, европейских) характерна проблема устойчивого снижения прибыльности финансовых институтов.

В целом текущая ситуация может привести к усилению взаимосвязанности глобальных рынков. Это подчеркивает значимость поддержания устойчивости национальной экономики и финансового сектора, в том числе за счет мер макропруденциальной политики”.

Редактор Антон Колодяжный

0 : 0
  • narrow-browser-and-phone
  • medium-browser-and-portrait-tablet
  • landscape-tablet
  • medium-wide-browser
  • wide-browser-and-larger
  • medium-browser-and-landscape-tablet
  • medium-wide-browser-and-larger
  • above-phone
  • portrait-tablet-and-above
  • above-portrait-tablet
  • landscape-tablet-and-above
  • landscape-tablet-and-medium-wide-browser
  • portrait-tablet-and-below
  • landscape-tablet-and-below