March 6, 2019 / 12:35 PM / 4 months ago

ПРЯМАЯ РЕЧЬ-Глава департамента ЦБР Заботкин об изменении ставки, покупках валюты и санкциях США

МОСКВА (Рейтер) - Совет директоров Банка России на заседании 22 марта оценит, достаточно ли повышения ставки в сентябре и декабре 2018 года, или потребуется еще.

Прохожие у здания Банка России в Москве, 11 февраля 2019 года. REUTERS/Maxim Shemetov

Банк России может замедлить или остановить покупки валюты на открытом рынке в рамках бюджетного правила, когда ликвидная часть Фонда национального благосостояния (ФНБ) достигнет 7 процентов ВВП, и правительство примет решение тратить средства на инвестиционные проекты.

Российский Центробанк давно заложил в стрессовые сценарии различные варианты санкций, которые США могут ввести против России, но в последнем варианте “законопроекта о санкциях из ада” регулятор не нашел новых угроз и ожидает, что негативный эффект от них будет краткосрочным.

Об этом в интервью Рейтер сказал глава департамента денежно-кредитной политики ЦБР Алексей Заботкин.

Ниже представлены его развернутые высказывания.

ВОПРОС: Ваш заместитель Андрей Липин говорил, что когда инфляционные ожидания начнут снижаться, это будет поводом для ЦБ подумать о смягчении политики. Это повод?

“В целом текущая ситуация по инфляционным ожиданиям, безусловно, выглядит благоприятной. Масштаб инфляционного давления в начале года складывается несколько ниже, чем то, что мы предполагали в базовом прогнозе, который формировался в декабре. По всей видимости, пик инфляции в первом квартале будет несколько ниже, чем то, что мы ожидали пару месяцев назад.

В целом снижение инфляционных ожиданий аналитиков и достаточно умеренная реакция ожиданий населения, которую мы увидели в январе, это то, что снижает риски затяжного инфляционного подъема”.

ВОПРОС: То есть сейчас Вы считаете, что годовая инфляция на пике не превысит 6 процентов, будет ниже этой отметки?

“Про выше 6 процентов на пике никто не говорил, мы говорили, что инфляция может быть выше 5,5 процента, и может достичь 6,0 процентов.

Очень отрадно, что текущая инфляция, если смотреть на оценки недельной инфляции от Росстата, вернулась на медианные значения соответствующих недель, которые наблюдались в последние несколько лет, причем весьма быстро.

Мы видим, что и внешние факторы более благоприятно складываются, как с точки зрения ситуации на развивающихся рынках, что во многом связано со смягчением риторики ФРС США, так и восстановления цен на нефть более выраженного, чем большинство экспертов могли ожидать в декабре.

То есть пик инфляции действительно может быть ниже 6 процентов”.

ВОПРОС: Правильно мы понимаем, что инфляционный прогноз ЦБР на этот год может быть снижен с уровня 5,0-5,5 процента?

“Сейчас мы обновляем прогноз к совету директоров 22 марта, направление пересмотра и его масштаб мы заранее не комментируем”.

ВОПРОС: В 2020 году ключевая ставка может достичь нейтрального уровня 6-7 процентов?

“Скорее, мы говорим о переходе к нейтральной ставке в среднесрочной перспективе.

Динамика ключевой ставки будет зависеть от большого количества разных факторов и мы ожидаем, что на среднесрочном горизонте по мере схождения фактической и ожидаемой инфляции к нашей цели - вблизи 4 процентов, ключевая ставка будет снижаться к своему долгосрочному нейтральному уровню, который мы по-прежнему оцениваем в диапазоне от 6 до 7 процентов.

На каком горизонте и в какой точке диапазона, который достаточно широк, это произойдет, будет зависеть от динамики инфляции, инфляционных ожиданий и баланса рисков.

В этом смысле пока наш среднесрочный сигнал, который прозвучал в декабрьском заявлении, остается актуальным - если ситуация будет развиваться в рамках базового прогноза, то возможен переход к смягчению денежно-кредитной политики в конце 2019-начале 2020 года”.

ВОПРОС: И ключевая ставка на нейтральном уровне, соответственно, в 2020 году?

“Нет, одно из другого напрямую не следует. Это будет зависеть от скорости смягчения политики, мы пока на уровне 7,75 находимся. Давайте дождемся момента, когда начнется смягчение денежно-кредитной политики, а дальше можно будет говорить о сроках достижения нейтральности”.

ВОПРОС: Заседание совета директоров будет 22 марта, а последнюю волну влияния повышения НДС на цены можно будет оценить только в конце первого квартала, когда многие ритейлеры перезаключают контракты. Не помешает ли это ЦБ?

“Большая часть необходимой информации за первый квартал уже к этому моменту будет получена. То есть, мы не будем видеть детальную статистику инфляции за март, но у нас будут данные об инфляции в январе, феврале и оценки за три недели марта, и, наверное, это уже даст значительные основания для того, чтобы судить об эффектах первого квартала.

Да, в полной мере подвести черту под эффектами влияния НДС можно будет не ранее апреля, но мне кажется, что Совет директоров 22 марта уже будет опираться на достаточно полную картину того, какую форму имеет инфляционный подъем начала года и насколько быстро инфляционный импульс затухает.

Для меня лично очень важным является то, что недельная инфляция развивается в рамках медианной траектории предыдущих нескольких лет. Если это продолжится, можно будет все с большой уверенностью говорить, что вторичные эффекты событий начала года весьма ограничены”.

ВОПРОС: Можно ли говорить о вариантах решений, которые 22 марта может рассмотреть совет директоров, возможно, повышение ставки уже не актуально?

“Мы еще только обновляем прогноз, поэтому про варианты, которые выносятся на совет директоров, говорить совсем рано”.

ВОПРОС: Вы довольны тем, как рынок и эксперты интерпретировали последний пресс-релиз о ставке?

“На наш взгляд, интерпретация декабрьского и февральского пресс-релизов соответствует тому, что мы в них закладывали. В феврале произошел некоторый сдвиг сигнала в сторону меньшей жесткости, но при этом сигнал остается умеренно асимметричным, с указанием на то, что мы будем смотреть на достаточность тех решений, которые были приняты в сентябре и декабре, для возврата годовой инфляции к цели в 2020 году”.

ВОПРОС: А то, что сигнал смотрит не вперед, а назад, на оценку уже принятых шагов по повышению ставки, что должно означать?

“Нет, сигнал не смотрит в прошлое, он по-прежнему направлен в будущее, но мы намеренно сделали акцент на те меры, которые мы рассматривали как упреждающие в сентябре и декабре в ответ на изменение прогноза инфляции на 2019 год. Если развитие ситуации и поступающая информация подтвердят, что этих мер было достаточно, то дальнейшее повышение ключевой ставки не потребуется”.

ВОПРОС: Насколько комфортно ЦБР себя чувствует с таким сигналом и тем, как рынок “прайсит” его - например, ОФЗ закладывают еще одно повышение ставки в этом году. Получается, Ваш сигнал не четко прочитан, или Вы и хотели заложить такую неоднозначность?

“Февральский сигнал был скорректирован в сторону заметно меньшей жесткости, но при этом он оставлен асимметричным - это тот сигнал, который мы и хотели послать, учитывая то, что по состоянию на 8 февраля, день заседания, была известна только одна точка, январская, по инфляции, и было преждевременным говорить, что эффект переноса НДС в цены точно складывается ниже нашего базового сценария прогноза.

Сейчас об этом можно говорить с большей уверенностью. Опять же, сейчас и внешние условия стали более благоприятными. Но на момент февральского заседания мы сказали ровно то, что мы хотели сказать”.

ВОПРОС: Вы считаете, что рынок лучше понимает Центробанк, чем аналитики, учитывая, что консенсус-прогноз в прошлом году не раз расходился с решениями ЦБ?

“В сентябре и декабре, действительно, рынок более оперативно корректировал свои ожидания относительно денежно-кредитной политики, чем аналитики. То есть, в тот конкретный момент времени была такая ситуация”.

ВОПРОС: Глава ЦБР говорила, что регулятор будет стараться принимать решения об изменениях ставки на опорных заседаниях, и опыт последних месяцев это доказал. Такой подход сохранится?

“Я понимаю, что у всех в голове недавние впечатления, но Центробанк не ограничивает свои возможности принятия решений по ключевой ставке и на неопорных заседаниях.

Это диктуется изменением ситуации, эволюцией наблюдаемой экономической динамики по отношению к прогнозу. Если мы подходим к неопорному заседанию и видим, что есть обоснованное расхождение, или же, наоборот, все развивается так, как мы прогнозируем, и мы изначально предполагали, что в рамках базового сценария ставка должна меняться, то она может меняться и на неопорных заседаниях.

В прошедшие полгода просто так сложилось, что решения по изменению ставки были оправданы именно в даты опорных заседаний.

При этом конечно опорные заседания дают возможность дополнительной, расширенной коммуникации, поэтому при прочих равных, решения, требующие дополнительных комментариев, желательно принимать на опорных заседаниях”.

ВОПРОС: Почему ЦБР не увеличивает дополнительные покупки валюты на открытом рынке сейчас, когда ситуация позволяет?

“Коммуникация по поводу отложенных покупок валюты изначально была очень прозрачная и однозначная. Мы всегда говорили о том, что отложенные покупки будут осуществляться в рамках равномерного графика. Как и говорили, ЦБ покупает дополнительно на 2,8 миллиарда рублей в день. Логика этого состоит в том, что Центробанк не пытается использовать эти покупки для какого-то дискреционного участия на валютном рынке, а это механическое правило, направленное на компенсацию паузы, которая была”.

ВОПРОС: Текущее укрепление рубля, который стал лидером роста с начала года среди других валют, на руку ЦБР? Инфляционный пик будет меньше?

“Учитывая ослабление рубля в прошлом году и рост котировок нефти в последние два месяца, это вполне логичная динамика курса рубля. У нас плавающий курс и валюта реагирует на объективные факторы в параметрах платежного баланса. При прочих равных, более крепкий рубль, безусловно, снижает пик по инфляции”.

ВОПРОС: Вы довольны, что даже покупки валюты ЦБР в феврале не влияли на волатильность курса, которая резко снизилась?

“Это то, на что мы очень рассчитывали и наши ожидания вполне оправдались”.

ВОПРОС: 13-14 февраля, когда стало известно о перевнесении в Конгресс США законопроекта о санкциях, рубль стал падать и некоторые игроки предполагали, что ЦБ может приостановить покупки валюты, но этого не произошло, почему? Такую возможность тогда ЦБ обсуждал?

“Безусловно, мы отслеживаем и динамику валютного рынка, и других сегментов финансового рынка на ежедневной основе. Центральный банк не приостановил покупки валюты, как вы могли видеть по опубликованным данным, и никакого изменения в механизме покупок валюты в рамках бюджетного правила те события не вызвали”.

О САНКЦИЯХ США:

“Мы рассматриваем разные стрессовые варианты, но каким-то образом выделять один из них было бы неправильно, учитывая, что набор возможного развития событий весьма разнообразен.

То, что мы видим - в целом принципиально новых вводных по поводу санкционного режима с момента прошлого августа не возникло И рынки продолжают оперировать в той системе координат, которая была сформирована по итогам новостного потока, начиная с августа-сентября.

Мы продолжаем исходить из того, что вероятность неблагоприятного развития событий сохраняется.

По сравнению с ситуацией 2014 года Российская Федерация имеет заметно меньший объем внешней задолженности, погашения более равномерно распределены во времени. Поэтому какие-то дополнительные неблагоприятные изменения в доступе на мировые рынки капитала будут иметь менее выраженные последствия для платежного баланса РФ, чем это было в 2014 году”.

О ВЫХОДЕ НЕРЕЗИДЕНТОВ ИЗ ОФЗ В СЛУЧАЕ САНКЦИЙ:

“Это будет зависеть от конкретного сценария санкционных решений. Тогда мы сможем более содержательно говорить о масштабе эффектов. Пока нет окончательных решений властей соответствующих стран и понимания, как это влияет на поведение конкретных категорий инвесторов, это просто допущения.

Если эти новости превратятся в реальные события, то будет какое-то перепозиционирование. Масштаб этого перепозицирования и какие будут долгосрочные эффекты с точки зрения нового уровня равновесия по доходностям ОФЗ, будет зависеть от параметров тех решений, которые будут или не будут приняты.

ЦБ исходит из того, что основные эффекты будут носить, скорее, не долгосрочный, а краткосрочный характер. Хочу напомнить, что госдолг Российской Федерации по-прежнему весьма невелик, что также ограничит масштаб макроэкономических последствий от включения госдолга в периметр санкций в том или ином виде.

В конечном счете, в долгосрочном равновесии уровень доходности будет определяться, в первую очередь, ожиданиями по динамике инфляции и уровню реальной процентной ставки в экономике”.

О ВЫХОДЕ С ПОКУПКОЙ ГОСБУМАГ В СВОЙ ПОРТФЕЛЬ:

“Этот инструмент был всегда. Просто в сентябре эта тема стала активно обсуждаться и все вспомнили, что он есть.

Отношение Банка России к набору инструментов остается неизменным: выкуп ОФЗ находится в периметре его мандата, но есть большое количество других способов реагирования на ситуацию.

Конкретные инструменты, которые могут быть использованы, зависят от деталей и характера возможных вызовов. Стоит вспомнить, что в 2014-2015 годах выкуп ОФЗ центральный банк не осуществлял”.

О СНИЖЕНИИ ОБЪЕМА ТОРГОВ НА ВАЛЮТНОМ РЫНКЕ В ФЕВРАЛЕ:

“Обороты на валютном рынке в феврале обычно не очень высокие: сезонность. Отпускной сезон уже закончился, и объемы импорта сезонно низкие в первом квартале, потому что распродаются запасы того, что привезли под новый год. И второй фактор - это снижение волатильности, которое убирает составляющую, связанную с алгоритмической торговлей. Это то, что нас точно не беспокоит”.

О ДОСТИЖЕНИИ ФНБ 7% ВВП И ПОКУПКАХ ВАЛЮТЫ:

“Если ликвидная часть ФНБ превысит 7 процентов ВВП, то правительство может рассмотреть возможность использования ФНБ для финансирования проектов в российской экономике. Это решение правительства. Если такое решение будет принято, то, естественно, объем накопления средств в интересах ФНБ замедлится, либо остановится. Но Центральный банк к этому решению отношения не имеет.

Безусловно, динамика резервов в условиях плавающего валютного курса в основном определяется покупками валюты в рамках бюджетного правила. Те решения по ФНБ, которые будут приниматься в правительстве, будут влиять на накопление резервов.

По крайней мере, на этот год точно ничего не меняется, планка 7 процентов ВВП пока не преодолена. Мы будем продолжать выполнять бюджетное правило, плюс у нас есть отложенные покупки, растянутые на три года. Соответственно, общая тенденция к росту резервов в течение этого года с большой вероятностью будет сохраняться, если только не произойдет какого-то тектонического изменения на рынке нефти”.

О СЦЕНАРИЯХ ПОСЛЕ 2019 ГОДА:

“ЦБ закладывает в сценарии то, что заложено в бюджетной политике. В бюджетной политике на ближайшие три года пока предполагается продолжение накопления ФНБ в соответствии с параметрами бюджетного правила. Мы исходим из этого.

Логика бюджетного правила и зеркалирование операций на валютном рынке вполне понятны и мы будем продолжать действовать в рамках этой логики. Проведение отложенных покупок дополнительно подтверждает нашу позицию, что бюджетное правило в том виде, в котором оно существует, должно реализовываться, это правильная, полезная и неотъемлемая часть текущей конструкции макроэкономической стабильности”.

О ДОСТИЖЕНИИ ЗВР ЦЕЛИ $500 МЛРД:

“Цифра $500 миллиардов была озвучена в 2015 году до вступления в силу бюджетного правила. В условиях операций в рамках бюджетного правила она перестает быть настолько значимой. Наши операции на открытом рынке и связанные с этим покупки иностранной валюты в резервы являются доминирующим фактором, который приводит к накоплению резервов”.

О КАЧЕСТВЕ СТАТИСТИКИ РОССТАТА:

“Статистика Росстата - это та статистика, которая опирается на международно признанную методологию. Как любая статистика она уточняется в соответствии с регулярным графиком.

ЦБ смотрит не только на статистику Росстата, но и на конъюнктурные опросы промышленности, опросы по инфляционным ожиданиям. И естественно мы понимаем, что все статистические замеры имеют погрешность. И, соответственно, мы смотрим на картинку в целом”.

О РОСТЕ ВВП РФ НА 2,3%:

“Мы с интересом посмотрим на квартальные данные (ВВП), которые выйдут в начале апреля. Это даст более детальное представление о том, из чего эти 2,3 процента складываются. Но на текущий момент это та цифра, с которой мы работаем”.

Елена Фабричная, Андрей Остроух. Редактор Дмитрий Антонов

0 : 0
  • narrow-browser-and-phone
  • medium-browser-and-portrait-tablet
  • landscape-tablet
  • medium-wide-browser
  • wide-browser-and-larger
  • medium-browser-and-landscape-tablet
  • medium-wide-browser-and-larger
  • above-phone
  • portrait-tablet-and-above
  • above-portrait-tablet
  • landscape-tablet-and-above
  • landscape-tablet-and-medium-wide-browser
  • portrait-tablet-and-below
  • landscape-tablet-and-below