8 августа 2012 г. / , 12:47 / через 5 лет

ОЧЕРК-Бензиновые кущи Подмосковья прячутся в тени ярких вывесок АЗС

Бензовозы стоят в очереди на заправочном пункте в Подмосковье, 27 апреля 2011 года. Планёрку в кабинете директора подмосковной нефтебазы прервало громкое кукареканье. Присутствующие начали переглядываться, пытаясь определить владельца такого экзотического рингтона, однако петух оказался настоящим: цветастая птица, нагибая вбок голову, недружелюбно покосилась через открытое из-за тёплой погоды окно кабинета, но внутрь не пошла, и совещание продолжилось. REUTERS/Alexander Natruskin

Алексей Ярковой

МОСКВА (Рейтер) - Планёрку в кабинете директора подмосковной нефтебазы прервало громкое кукареканье. Присутствующие начали переглядываться, пытаясь определить владельца такого экзотического рингтона, однако петух оказался настоящим: цветастая птица, нагибая вбок голову, недружелюбно покосилась через открытое из-за тёплой погоды окно кабинета, но внутрь не пошла, и совещание продолжилось.

Московский регион играет такую же роль для внутреннего рынка топлива, как сама Москва - в политической и финансовой жизни страны. Острая конкуренция на рынке нефтепродуктов сочетается с большим объемом продаж и высокой плотностью населения, развитой дорожной сетью.

АЗС различных брендов стоят буквально напротив друг друга в городах и на загородных трассах. Переливаясь бриллиантовыми россыпями огней фирменной раскраски, они зазывают покупателей набором услуг - от собственно заправки и мойки машины до кафе и небольших гостиниц.

Однако АЗС - это “фронтлайн” сбыта нефтепродуктов, тогда как неменьшая его доля - базы хранения, откуда топливо попадает на заправки - скрыта от покупателей и существует на задворках, в роли подводной части айсберга.

Нефтебазы в бесчисленном множестве разбросаны по территории России от Калининграда до Дальнего Востока, играя роль распределительных узлов для потоков энергоносителей и центров ценообразования, хотя для потребителя цена бензина - это цифры на стеле АЗС.

НАЗАД И В БУДУЩЕЕ

Хотите попасть в XIX век? Машина времени у нас под руками. Директор нефтебазы Иван Петрович распахивает странную дверку, испещрённую крупными, покоробленными от времени заклёпками.

“Два в одном. Инновации и древность”, - говорит он про своё хозяйство.

“Между прочим, наша нефтебаза является одной из старейших в Московской области. Она начала работать еще в 1882 году. Видите, какие заклёпки?” - поглаживает неровный металл директор.

Стоящие особняком от основного парка резервуаров три бака, обложенные красным кирпичом, похожи на прижавшиеся друг к другу огромные пасхальные куличи. Толстая кладка, поросшая травой, напоминает мемориал Брестской крепости.

“К сожалению, Ростехнадзор уже не разрешает использовать эти резервуары по назначению - мы храним здесь запчасти и инструменты. Хотите взглянуть?” - говорит Иван Петрович и с лязгом отпирает замок, обнажая черную пустоту, которая наверняка ещё помнит российских нефтепромышленников последней трети XIX века братьев Нобелей.

Действующие резервуары этой сравнительно крупной нефтебазы - ярко-белые, слепящие на солнце ряды гигантских цилиндров суммарным объёмом 17.000 кубометров - оборудованы современнее. Хотя находись эта нефтебаза в российской глубинке, возможно и 130-летние ёмкости пошли бы в дело.

В соседнем здании - кабинет директора с обычным интерьером и огромным, вполстены жидкокристаллическим экраном.

“Я могу не просто смотреть, но и слышать все, что творится на нефтебазе и наших АЗС. Запись ведется круглосуточно”, - пояснил директор.

“У нас есть несколько бензовозов. И благодаря этой системе я всегда знаю, где они находятся”, - директор переключил что-то на клавиатуре раскрытого ноутбука, и на экране появилась огромная карта Московской области, по разным концам которой расползались мультипликационные красные бензовозики.

Современная нефтебаза - это сложный технологический комплекс, состоящий из ряда простых на первый взгляд устройств, связанных цепочкой производитель-потребитель.

Топливо поступает на нефтебазы, как правило, по железной дороге.

“Мы можем одновременно сливать семь вагонов-цистерн и наливать пять”, - говорит директор, показывая рукой на стоящие через равные промежутки, вплотную к эстакаде пять вышек с опущенными вниз красными трубами, словно гигантские печальные аисты. Все хитросплетения труб и узлы из металла заботливо покрашены, яркими, как детские карусели, красками.

ПУТЁМ НЕСЛОЖНЫХ ПРЕОБРАЗОВАНИЙ

Нефтебаза, такая как у Ивана Петровича - центр не только хранения, но и мелкого производства топлива, например превращения одного сорта в другой - более дефицитный и дорогой, по заказу владельцев продукта.

“В случае необходимости мы можем делать из ‘летнего’ дизтоплива ‘зимнее’ или из бензина девяносто второго - девяносто пятый. Вот - блок дозации”, - директор жестом указывает на серебристую будку, сваренную из неровно отрезанных стальных листов.

Участники рынка нефтепродуктов называют изготовленное таким кустарным образом топливо суррогатным или “бодягой”, но всё равно часто покупают его, польстившись низкой ценой. Ведь если из-за низкого качества бензина что-то случится с мотором автомобиля, потребитель предъявит претензии АЗС, а не производителю суррогата.

Российские власти, неумело регулируя рынок нефтепродуктов и опасаясь роста цен на АЗС перед выборами, спровоцировали несколько кризисов поставок топлива в 2011 году. И если нефтяные компании могли смириться с нулевой или отрицательной рентабельностью АЗС, компенсируя потери за счёт экспорта, то частные сети заправок, на которые в России, по данным Российского топливного союза (РТС), приходится 16.000 из общего числа в 25.000, оказались на грани банкротства. И покупка суррогатов стала заменой росту цен, невозможному под прицелом регулирующих органов.

Впрочем, Иван Петрович называет производство на нефтебазе полностью легальным.

“Вся продукция строго сертифицирована. Все по техрегламенту. У нас аккредитована лаборатория”, - говорит он.

Таким образом, добавляя в “летнее” дизтопливо устойчивый к морозу авиационный керосин, нефтебаза производит разновидность “зимнего” дизтоплива. А с использованием повышающей октановое число присадки из бензина А-92 делают бензин Аи-95.

С АВТОМАТОМ НА “ТЫ”

Гуляющие по территории нефтебазы петухи и куры, разросшаяся за многие годы зелень и едва ли не грядки позади зданий ничуть не противоречат современным производственным процессам, считает директор, хотя работающая от его нефтебазы автоматическая АЗС всё же остаётся экзотикой для России.

Установленные где-то далеко видеокамеры беспристрастно выдавали на экраны компьютеров черно-белые сценки из жизни АЗС. Машины подъезжали, лица водителей, искажённые неверной перспективой оптики, по-пёсьи тыкались лицом в экран, отваливались назад и снова падали вперед. Звука не было.

“Вы видите заправку, которая в восьми километрах отсюда. Там нет ни одного человека из обслуги. Мы без оператора заправляем машины. Клиенту достаточно сунуть пистолет в бак, выбрать на дисплее автомата нужное количество и сорт топлива, вставить купюры - и всё”, - пояснил оператор Василий.

Однако не все посетители автоматической АЗС могут сразу совладать с непривычной техникой.

“Раз, приехал один заправляться, вставил пистолет, подошел к автомату. Глядел и так, и сяк. С разных сторон. А потом стал цокать языком и разговаривать с купюроприемником. Бензин хочу, говорит. Я включил обратную связь и спрашиваю - вам какой. С трудом объяснил, куда вставить денежку, и остальное дистанционно включил сам”, - рассказал оператор.

ТРИ ОБОРОТА

Российский рынок нефтепродуктов непрерывно укрупняется, но хранение топлива остаётся неплохим бизнесом как для нефтяных компаний, так и для “частников”. Самый примитивный вид нефтебазы - складской тип, когда база получает просто выручку за хранение топлива - примерно 350-500 рублей за тонну в месяц.

Следующий уровень - когда компания, владеющая нефтебазой, сама закупает и перепродаёт мелким оптом партии топлива с использованием собственного парка бензовозов. Иногда такие нефтебазы обслуживают и сеть АЗС, принадлежащую тому же владельцу.

При хорошо поставленной работе любая нефтебаза способна за месяц принять и распределить объемы нефтепродуктов, втрое превосходящие емкость ее резервуарного парка.

при участии Максима Назарова, редактор Александр Ершов

0 : 0
  • narrow-browser-and-phone
  • medium-browser-and-portrait-tablet
  • landscape-tablet
  • medium-wide-browser
  • wide-browser-and-larger
  • medium-browser-and-landscape-tablet
  • medium-wide-browser-and-larger
  • above-phone
  • portrait-tablet-and-above
  • above-portrait-tablet
  • landscape-tablet-and-above
  • landscape-tablet-and-medium-wide-browser
  • portrait-tablet-and-below
  • landscape-tablet-and-below