1 июля 2012 г. / , 14:59 / 5 лет назад

МНЕНИЕ-Что, если Россия и Китай не станут более либеральными?

Лидеры России и Китая Владимир Путин и Ху Цзиньтао пожимают друг другу руки на саммите Шанхайской организации сотрудничества в Пекине 7 июня 2012 года. Фотография использована для иллюстрации к комментарию колумниста Рейтер Кристии Фрилэнд.Mark Ralston

Кристия Фрилэнд

САНКТ-ПЕТЕРБУРГ, Россия (Рейтер) - Перед либеральной демократией стоит новый и имеющий решающее значение вызов: выяснить, как вести себя с пост коммунистическими олигархиями - Россией и Китаем. Эти режимы - авторитарные, капиталистические и тесно интегрированные в глобальную экономику - не имеют прецедентов. Понимание того, как взаимодействовать с ними, является важнейшим стратегическим вопросом и вопросом морали, стоящим перед лицом Запада.

Ответ на него определит контуры 21-го века, равно как и борьба с коммунизмом и фашизмом очертила контуры века 20-го.

Такое заявление сделал Майкл Игнатьев, канадский интеллектуал и бывший лидер Либеральной партии, на впечатляющей лекции в Риге в начале этого месяца. Утверждение Игнатьева вспомнилось во время ежегодного Петербургского международного экономического форума, прошедшего на прошлой неделе, когда благосклонная бывшая столица империи сияла в чистом белом свете летнего солнцестояния.

Главным аргументом Игнатьева является его настойчивое утверждение, что "у истории нет либретто". История не является курсом к какому-либо определенному пункту назначения, включая либеральную демократию.

"Даже во времена Бенедетто Кроче либералы все еще думали о своих убеждениях как о волне будущего и воспринимали историю как повесть о свободе", - сказал он.

Когда речь заходит о России и Китае сегодня, мы все еще надеемся, что в конце концов мы все исполним это соблазнительное либретто.

"Это клише оптимистического западного дискурса о России и Китае, что они должны развиваться в сторону демократической свободы", - утверждает Игнатьев.

Однако мы, к сожалению, не правы: "Но мы не должны считать, что есть историческая неизбежность либерального общества".

"Просто дело в том, что мы думали, они движутся по направлению к нам. Что, если нет?", - объяснил мне Игнатьев в телефонном разговоре на этой неделе.

Оптимистичное клише Запада, которое описал Игнатьев, было расхожим мнением в Санкт-Петербурге. Это то, во что хотят верить титаны западного бизнеса, и это то, во что их хотят заставить поверить руководители в российском правительстве.

Клаус Кляйнфельд, глава Alcoa и председатель Американо-Российского делового совета, сказал в интервью, что вступительная речь на форуме президента РФ Владимира Путина была "очень, очень хорошей. По существу он обозначил, что остается приверженным курсу реформ. Он продолжает курс модернизации".

Когда я предположила, что Путин, возможно, наоборот тянет Россию назад - в этом месяце была жестко ограничена свобода собраний, а несколько активистов, включая крестницу Путина, были допрошены полицией, а их дома были обысканы - Кляйнфельд возразил.

Ссылаясь на реформистские обещания в путинской речи, Кляйнфельд сказал: "Мы должны принять это за чистую монету". Он также добавил, что прогресс России должен быть оценен в историческом контексте.

"То, как страна изменилась за последние 20 лет, я думаю, довольно поразительно. Мне кажется, что большинство людей, которые с легкостью критикуют Россию, сравнивают ее со странами, у которых было намного, намного больше времени для перехода к рыночной экономике", - сказал он.

"Для осуществления некоторых из этих процессов нужно немного времени. Они находятся на хорошем пути".

Поразительно то, что можно назвать "либретто" в этих замечаниях: Россия находится на верном пути, просто дайте ей время.

По крайней мере когда люди Путина говорят по-английски, это знак того, что они готовы к сотрудничеству. Когда я спросила Игоря Шувалова, обходительного и одетого с иголочки первого вице-премьера, что он думает о речи Путина, он также воспринял ее как доказательство, что Россия стоит на пути к становлению страны, больше похожей на Запад.

"Я был очень рад, что то, о чем он сказал вчера, абсолютно соответствует новому поколению. Это все, что хочет каждый гражданин Европейского союза или других развитых стран. Это именно то, как Путин видит будущее России всего через несколько лет", - объяснил Шувалов.

"Мы идем по пути, который прошли все развитые страны", - сказал он.

Это удобная теория для российских лидеров - и для китайских тоже - и утешительная для их западных бизнес-партнеров. Она удобна тем, что заверения о движении по пути к либеральному капитализму западного стиля могут служить оправданием для нелиберальных политических мер, которые проводятся в настоящее время.

Вера в то, что дуэт стран, которые Игнатьев называет "посткоммунистическими олигархиями", находится на пути либерального капитализма, утешительна и для либеральных капиталистических компаний, ведущих с ними бизнес. В конце концов для всех низкопоклонников, которым необходимо вести дела с Россией и Китаем, вознаграждения существенны.

Можно рассмотреть опыт BP, нефтяного гиганта, базирующегося в Лондоне. Компания заплатила $7 миллиардов в 2007 году за 50-процентную долю в совместном предприятии TNK-BP. Судебные тяжбы BP с российскими партнерами уже стали притчей во языцех. Но акционеров и совет директоров больше волнуют $19 миллиардов, которые BP получила в качестве дивидендов с момента заключения сделки. Это не говоря уже о доле BP в TNK-BP, которая, по оценкам аналитиков, может стоить от $25 миллиардов до $30 миллиардов.

Оптимистичное клише о неизбежной либеральной эволюции удобно и утешительно.

Но это не делает его верным.

Если Россия и Китай на самом деле не движутся в сторону либеральной демократии, как утверждает Игнатьев, то это является проблемой не только для их репрессированных людей, но также и для нас.

Игнатьев говорит, что наше отношение к России и Китаю чрезвычайно важно, так как обе страны "пытаются продемонстрировать нововведение: экономические свободы могут быть отделены от политических и гражданских свобод, а свободу можно разделить".

Он прав, что это является основой деятельности России и Китая, и он прав в том, что это является наиболее серьезным вызовом, с которым столкнулась либеральная демократия сегодня.

Неудивительно, что этот вопрос не был включен в повестку дня в Санкт-Петербурге. Но безусловно, он должен обсуждаться в столицах западных стран и даже в залах заседаний правления западных компаний.

Кристия Фрилэнд - колумнист Рейтер. Написанное выражает ее точку зрения.

Перевод Марины Назаровой

0 : 0
  • narrow-browser-and-phone
  • medium-browser-and-portrait-tablet
  • landscape-tablet
  • medium-wide-browser
  • wide-browser-and-larger
  • medium-browser-and-landscape-tablet
  • medium-wide-browser-and-larger
  • above-phone
  • portrait-tablet-and-above
  • above-portrait-tablet
  • landscape-tablet-and-above
  • landscape-tablet-and-medium-wide-browser
  • portrait-tablet-and-below
  • landscape-tablet-and-below