19 октября 2015 г. / , 15:22 / 2 года назад

ИНТЕРВЬЮ-Ослабленная несвободой Туркмения - легкая добыча исламистов -- бывший узник

МОСКВА (Рейтер) - Риск вторжения исламских экстремистов высвечивает шаткость построенной на деспотии и коррупции государственной системы Туркмении, чей немногочисленный мусульманский народ деморализован репрессиями и лишениями, сказал бывший узник тюрьмы в Каракумах.

Толпа у памятника президенту Туркмении Курбанкули Бердымухамедову в Ашхабаде 25 мая 2015 года, день его открытия. Риск вторжения исламских экстремистов высвечивает шаткость построенной на деспотии и коррупции государственной системы Туркмении, чей немногочисленный мусульманский народ деморализован репрессиями и лишениями, сказал бывший узник тюрьмы в Каракумах. REUTERS/Marat Gurt

Международные правозащитные организации рассматривают Туркмению как один из наиболее репрессивных политических режимов на планете. Тем временем ее соседи озабочены угрозой со стороны боевиков-талибов, собирающих силы по другую сторону границы - в Афганистане.

Туркменский поэт, музыкант и предприниматель Акмухаммет Байханов собирает информацию об оставшихся на родине политических заключенных и о нарушениях прав человека в Туркмении и собирается поделиться накопленными данными с ООН.

“К сожалению, народ ничего не может сделать. К сожалению, так народ унижен, так подавлен”, - сказал в интервью Рейтер Байханов.

Он провел пять лет в тюрьме “Овадан-тепе” близ Ашхабада, прежде чем горными тропами перебраться в Иран и Турцию, а затем достичь России, где не афиширует свое местонахождение из-за страха расправы.

Human Rights Watch писала, что “Овадан-тепе” стала местом концентрации жертв политических репрессий, столкнувшихся с жестокостью и унижением.

Байханов рассказал, что пережил лично.

“Была пытка у нас: не объявив, что нас сажают в карцер, перевели в карцер прямо со всеми вещами, включили воду сверху холодную - на улице минус 17 температура - и пять суток нас держали в этом помещении, а сверху лилась вода”.

Он был арестован в 2003 году в компании с группой обвиняемых в покушении на пожизненного президента Сапармурада “Туркменбаши” Ниязова и вышел на волю в 2007-м, когда скончавшегося от инфаркта в конце 2006 года правителя сменил более молодой лидер Курбанкули Бердымухамедов, экс-министр здравоохранения и дипломированный стоматолог.

“В Овадан-тепе били нас. Нас привезли в Овадан-тепе, поместили в общую камеру и били. Сначала в камере избивали оперативники и режимники, и офицеры тюрьмы, а потом однажды вывели в коридор, раздели догола и начали избивать всех политических заключенных, куда попало”, - рассказал Байханов.

“И вот так каждый месяц продолжалось такое насилие в Овадан-тепе”, добавил он, назвав усиленно охраняемое учреждение “тюрьмой паукообразного типа”, построенной при Ниязове-Туркменбаши.

Тяжелые условия приводили к гибели людей.

“Пища... для нас была ужасная. Сечка - отходы риса неочищенные - бросают в воду, в отдельном котле готовят для политических заключенных. Не солят, ни грамма жира, просто сечка. Ее человек ест. Через месяц он как дистрофик, скелетом становится, потому что без жиров, без соли, без ничего”, - рассказал бывший арестант.

“Сечка все жиры из внутренних органов вымывает у человека, и человек худеет, страшно худеет, он как скелет становится. И среди нас два человека умерли”.

Байханов попал за решетку в рамках преследования лиц, обвиненных в покушении на Ниязова в 2002-м. Запад сравнивал транслировавшиеся по ТВ суды, на которых арестованные признавались в организации покушения, с показательными процессами сталинских лет.

Узник слышал в тюрьме голоса других политических заключенных из числа лиц, близких к главному обвиняемому, экс-министру иностранных дел Борису Шихмурадову, чья судьба спустя 14 лет после приговора - пожизненное заключение - покрыта мраком.

“Это был их корпус - тех, кто участвовал в ноябрьских событиях в Туркменистане, и тогда их лидером назвали Шихмурадова, бывшего министра иностранных дел. И его группу посадили, и они были в Овадан-тепе”, - сказал Байханов.

Политзаключенные сидели в лишенных света и свежего воздуха камерах.

“Мы кричали однажды: кто там сидит? Оттуда доносился голос, что мы - политические заключенные ноябрьских событий и стенающий голос, голос страдающего человека”, - сказал Байханов.

“И он назвал уже умерших людей, которых уже не было, фамилии назвал, конечно. Одного из них я могу назвать - это Тарнамхалиев, бывший министр юстиции, он же советником Ниязова был по силовому блоку. И ряд других уважаемых людей, авторитетных людей, уже к тому времени, к 2007 году уже не было в живых”.

Байханов сказал, что попал в поле зрения спецслужб как соратник Авды Кулиева, первого главы МИД независимой Туркмении и активиста туркменской оппозиции в изгнании. Кулиев скончался в Норвегии в 2007-м и перед этим поручил Байханову, по словам последнего, “возглавить правительство в изгнании”.

Официальный Ашхабад не был доступен для комментариев к заявлениям бывшего узника.

Байханов сказал, что условия туркменских тюрем “направлены на то, чтобы... принудить к смерти”, но он сумел привлечь внимание западных дипломатов и СМИ к судьбе туркменских заключенных, что помогло освобождению.

ПОГРАНИЧНОЕ СОСТОЯНИЕ

Однако мир все еще мало знает о происходящем в Туркмении, почти не вышедшей из самоизоляции после смерти Туркменбаши, считает диссидент.

“Когда речь пойдет о Туркмении, некоторые политики говорят: там все в порядке, там власть все держит в руках. Никто там ничего в руках не держит”, - считает Байханов.

“С афганской границей сейчас неизвестно, что произойдет”.

Афганские и американские СМИ цитировали высокопоставленного генерала Пентагона, который сказал в Конгрессе в марте, что Туркмения просила у США военной помощи для обеспечения безопасности на границе с Афганистаном и что Вашингтон “сделает все, что в его силах, чтобы оказать поддержку этой просьбе”. МИД Туркмении и посольство США в Ашхабаде не ответили на просьбу о комментарии.

Ашхабад не комментировал сообщения иностранных СМИ и активистов туркменской оппозиции в изгнании о военных приготовлениях к отражению атаки талибов. Последние восстанавливают контроль над обширными территориями в ожидании ухода из страны, спустя 15 лет, войск западной коалиции во главе с США - хотя последние пообещали задержаться, учитывая возросший риск вакуума власти.

Лидеры России, Казахстана и высокопоставленные представители других стран Содружества независимых государств на прошлой неделе договорились сообща формировать группировку для отпора угрозам на внешних границах. Казахский лидер Нурсултан Назарбаев особо отметил озабоченность тем, что он назвал “инцидентами” на границах Таджикистана и Туркмении с Афганистаном. Эти слова вызвали возмущение Ашхабада, объявившего утверждение президента Казахстана не соответствующим действительности.

Президент Туркмении не приехал на встречу с Путиным, Назарбаевым и другими соседями по бывшему СССР в Казахстан, прислав вице-премьера. В то же время, туркменский министр иностранных дел отправился в США, где встретился с чиновницей Госдепартамента Роуз Гетемюллер, курирующей контроль за распространением вооружений и международную безопасность.

Туркмения обладает четвертыми по величине в мире запасами природного газа, поставляет его в Китай и Россию и ведет с переговоры об экспорте с Евросоюзом, и безопасность трубопроводной инфраструктуры выходит на первый план.

Критики говорят, что Запад нередко закрывает глаза на репрессивные практики среднеазиатских режимов, так как видит в них потенциальных поставщиков углеводородов и союзника в борьбе с исламскими радикалами, угрожающими граничащей с Афганистаном Центральной Азии.

“Само туркменское руководство занимается только коррупцией и собственной славой. Они народом не занимаются, экономикой не занимаются и, следовательно, мы должны сегодня об этом ставить в известность мировую общественность”, - сказал бывший узник.

В июне Госдепартамент США сообщил в ежегодном отчете о правах человека в мире, что крупнейшими проблемами Туркмении являются произвол силовиков, пытки и неуважение к гражданским свободам, включая свободу вероисповедания, слова, прессы и собраний.

Международная организация Transparency International в ежегодном глобальном “Индексе восприятия коррупции” в 2014 году поместила Туркмению на 169 место из 175-ти, между Узбекистаном и Ираком, на три позиции выше Афганистана.

Базирующийся за рубежом сайт оппозиции “Хроника Туркменистана” сообщил со ссылкой на источники в миграционной службе, что страну тысячами покидают жители, не видящие перспектив на фоне падения национальной валюты, ухудшения экономики, разгула коррупции и все новых и новых ограничений.

По оценке Байханова, за пределами страны находится “более полумиллиона изгнанных людей”.

“Судьба туркменского народа находится на грани между жизнью и смертью... Или ты покидаешь родину, или ты там умираешь, или разрушают твой дом”, - сказал диссидент, призвав Организацию по безопасности и сотрудничеству в Европе, в которой состоит Туркмения, дать правовую оценку.

ТИХИЙ РОПОТ

Но Байханов уверен, что многие хотят перемен, и “хотят сию минуту”.

“Всем надоело это. Двадцать пять лет - это целое поколение”, - сказал диссидент.

По мнению бывшего узника, невнимание мирового сообщества чревато появлением еще одной горячей точки.

“Мы сегодня понимаем - в мире происходят конфликты. Там, там, там, что, вроде, не до Туркмении”, - сказал Байханов.

“Извините, завтра хотите, чтобы в Туркмении вообще все горело там?”

Посетивший Центральную Азию в июне генсек ООН Пан Ги Мун сказал в Ашхабаде, что подавление прав человека в преимущественно мусульманском регионе чревато расцветом экстремистской идеологии.

Остающееся в 5,5-миллионной стране большинство выбирает терпение.

“Обычные люди - вы знаете, в Туркмении очень терпеливый народ - они молчат”, - сказал бывший политзаключенный.

Он регистрирует множественные случаи сноса домов ради амбициозных планов переустройства столицы и другие факты пренебрежениям частной собственностью и правами граждан.

Вся пресса в Ашхабаде подконтрольна властям, и публичная критика слышится лишь из-за рубежа и звучит в социальных массмедиа.

Сайт туркменской оппозиции в изгнании публиковал письмо авиадиспетчеров, которые жаловались, что начальство платит мало, заставляет работать долго и отправляет авиаторов убирать мусор в аэропортах и хлопок с полей.

Другие выражали недовольство массовыми уничтожением частных спутниковых тарелок, одного из немногих источников неподконтрольной информации. Туркменские власти объясняли демонтаж стремлением облагородить облик Ашхабада.

На этом фоне туркменская пропаганда возвеличивает 58-летнего главу государства. Газеты и телевидение расхваливают его таланты практикующего хирурга, поэта и мачо, обставляющим всех за рулем гоночного автомобиля и на скачках, хотя закрыли глаза на падение Бердымухамедова с лошади на глазах тысяч зрителей.

В мае власти открыли в столице золоченую конную статую Бердымухамедова.

“Он скакун, он спортсмен, он гонщик, а все остальные - серая масса: дома ждут, когда разрушат на их глазах их дома”, - сказал Байханов.

“Они посмеиваются насчёт автогонок, стрельбы из кузова пикапа и над другими моментами, которые показывают по телевизору... Многие непрямо говорят о политике, о политиках говорят, об их поступках говорят. Это означает недовольство”.

В то же время, политики в привычном Западу понимании в Туркмении нет, говорит эмигрант.

“Туркменская политика - это диктатура, это принуждение, это насилие против собственного народа. Туркменская политика состоит именно из этого”, - сказал Байханов.

“Сегодня вместо образования маршируют... Парализована вся жизнь, образование и медицина, наука, экономика, сельское хозяйство. Всё парализовано в Туркмении”.

Текст Дениса Дёмкина. Редактор Дмитрий Антонов

0 : 0
  • narrow-browser-and-phone
  • medium-browser-and-portrait-tablet
  • landscape-tablet
  • medium-wide-browser
  • wide-browser-and-larger
  • medium-browser-and-landscape-tablet
  • medium-wide-browser-and-larger
  • above-phone
  • portrait-tablet-and-above
  • above-portrait-tablet
  • landscape-tablet-and-above
  • landscape-tablet-and-medium-wide-browser
  • portrait-tablet-and-below
  • landscape-tablet-and-below