March 1, 2019 / 8:11 AM / 4 months ago

Сирийские беженцы в России: нельзя остаться, нельзя уехать

МОСКВА (Рейтер) - В довоенном Дамаске 55-летняя Сафаа Аль-Курди шила свадебные платья. Но война заставила сирийцев сменить праздничные наряды на траурные, и ее мастерская разорилась. Четыре года назад Сафаа, вдова и мать трех взрослых сыновей, уехала в Россию в надежде получить убежище. Теперь власти требуют, чтобы она вернулась в Сирию.

Сафаа Аль-Курди дает интервью в квартире в селе Мамонтово Московской области, 19 февраля 2019 года. REUTERS/Maria Vasilyeva

Сафаа - одна из тысяч сирийских беженцев в России - союзнице президента Башара Асада, которых заставляют вернуться домой. По мнению российского министерства иностранных дел, значительная часть сирийской территории безопасна, и причин оставаться у беженцев нет.

Сирийцы, обратившиеся за временным убежищем в России, получают отказы, превращаясь в глазах полиции в нелегальных иммигрантов без права на работу, живущих под постоянной угрозой ареста и депортации.

“В Сирии мои дети, Сирия - моя страна, конечно, я хочу вернуться,” - говорит Сафаа со слезами на глазах.

“Но в той ситуации, что есть сейчас, никто не может вернуться. Все знают, что там нищета, что люди умирают от холода, от голода, от бомбежек”.

Двух старших сыновей Сафаы призвали в сирийскую армию по достижении 18 лет, младший сын Аламир, которому сейчас 23, смог приехать к ней в Россию.

По данным Агентства ООН по делам беженцев, около 5,5 миллиона человек покинули Сирию за время конфликта, длящегося более семи лет.

В 2015-м, в год начала российской военной операции в Сирии, временное убежище в России получили 1.924 сирийца.

С тех пор количество случаев предоставления убежища сокращалось год от года. В 2018 году убежище, по данным Росстата, получили 823 сирийца.

В комитете “Гражданское содействие”, оказывающем помощь мигрантам и беженцам, говорят, что Россия хочет избавиться от большинства приехавших из Сирии.

“Большинству из них отказывают (в продлении временного убежища), а тем, кому продлевают, говорят: это последний раз, мы вас предупреждаем, на следующий год можете не приходить”, - рассказывает координатор сирийского проекта в комитете Евгений Ястребов.

По его словам, некоторые сирийские семьи уже уехали, многим из тех, кто остается, приходится регулярно давать взятки полиции, чтобы не быть задержанными.

“Представьте, что вы на работе, появляется полиция и вам нужно выпрыгивать в окно, потому что вас не должны видеть в офисе, так как у вас нет документов”, - говорит Ястребов.

“Это постоянная игра в прятки с властями, и играть в нее совсем невесело, если при этом нужно кормить детей”.

В предоставлении временного убежища большинству сирийцев отказывают, поданные апелляции безуспешны и лишь дают несколько месяцев отсрочки до суда, который выписывает штраф и постановление о необходимости покинуть Россию.

Сбережения Сафаы от продажи мастерской давно кончились, она пишет картины с видами Сирии, делает бижутерию и продает свои работы на московском рынке. Сын подрабатывает на фабрике, где смогли закрыть глаза на отсутствие документов. Их общего дохода едва хватает на аренду однокомнатной квартиры в подмосковном селе.

“Я хочу остаться еще ненадолго, хочу накопить немного денег, чтобы открыть свое дело в Сирии и хоть что-то зарабатывать”, - говорит Сафаа.

Сафаа решила уехать, если ее апелляция на отказ в убежище вновь будет отклонена, но не хочет, чтобы в Сирию возвращался младший сын.

“Жить там невозможно. Война вроде бы кончилась и в то же время продолжается”, - говорит Сафаа.

При участии Ахмада Аль-Катиба, редакторы Эндрю Осборн, Уильям Маклин и Антон Зверев

0 : 0
  • narrow-browser-and-phone
  • medium-browser-and-portrait-tablet
  • landscape-tablet
  • medium-wide-browser
  • wide-browser-and-larger
  • medium-browser-and-landscape-tablet
  • medium-wide-browser-and-larger
  • above-phone
  • portrait-tablet-and-above
  • above-portrait-tablet
  • landscape-tablet-and-above
  • landscape-tablet-and-medium-wide-browser
  • portrait-tablet-and-below
  • landscape-tablet-and-below