April 1, 2019 / 9:13 AM / 7 months ago

ПРЯМАЯ РЕЧЬ-Интервью генерального директора Русала Евгения Никитина

КРАСНОЯРСК, Россия (Рейтер) - Вашингтон в январе снял санкции с российского алюминиевого гиганта Русал, под давлением которых он находился девять месяцев.

Генеральный директор Русала Евгений Никитин во время интервью в Красноярске, 29 марта 2019 года. REUTERS/Anastasia Lyrchikova

О возвращении компании к нормальному режиму работы рассказал в интервью Рейтер генеральный директор Русала 53-летний Евгений Никитин, исполнявший обязанности главы Русала с мая и утвержденный советом директоров в этой должности с ноября прошлого года. Ниже следуют его развернутые высказывания:

О СТРАТЕГИИ

“Стратегия компании не менялась. Незначительные корректировки она, конечно, претерпевает, но основополагающие принципы стратегии сохраняются. У нас прежние приоритеты - развитие сплавов, увеличение доли ПДС. Ключевая задача на этот год - вернуться к тем контрактам, которые у нас были до апреля 2018 года, когда более 50 процентов в нашем портфеле составляли сплавы”.

“Соответственно, мы ставим цель, чтобы в следующем году было не меньше, и в ближайшие пять лет планируем наращивать эту долю до 60 процентов и более... Все стратегические вопросы компании у нас рассматриваются на совете директоров, в том числе стратегия развития на ближайшие пять лет. Будут изменения в сырьевой политике, так как на месте мы не стоим. Это будут не глобальные изменения, скорее, актуализация в соответствии с современными задачами и ситуацией на рынке. Сейчас дорабатываем обновленную стратегию и в скором времени представим”.

О СЕБЕ И КРЕСЛЕ ГЕНДИРЕКТОРА

Вопрос: Для вас предложение возглавить Русал было неожиданным? Кто вам предложил, с кем обсуждали, долго ли думали над этим предложением?

“Я в компании работаю уже больше 25 лет, начинал свой путь с электролизника. У меня вся трудовая жизнь прошла в этой компании. Долго не думал, потому что для меня Русал - родная компания. И в сложный момент основной задачей было приложить все усилия, чтобы компания работала стабильно, чтобы не остановились производства, не остались без работы люди, а это 60 с лишним тысяч людей”.

“Весь менеджмент был нацелен на то, чтобы сохранить производство, сохранить рабочие места, чтобы люди остались на рабочих местах и обеспечивали свои семьи. Это была основная задача, и мы ее выполнили отлично. Я разговаривал с рабочими, многие даже не почувствовали на себе... По моему мнению, весь коллектив Русала - это высококлассные специалисты и взаимодействие рабочих и менеджмента - это великий сплав”.

Вопрос: Предложение вам поступило от Олега Владимировича (Дерипаски)?

“Нет, от прежнего совета директоров. Я был назначен исполняющим обязанности в мае месяце (2018 года)”.

Вопрос: С Дерипаской вы лично не обсуждали процесс?

“Нет. Я с Олегом Владимировичем последний раз встречался, наверное, около года назад”.

ОБ УПРАВЛЕНИИ РУСАЛОМ

Вопрос: На ваш взгляд, насколько осложняет управление компанией то, что по сути основной акционер поменялся, многое ли было завязано на владельца?

“Традиционно в компании все управление строилось на базе нескольких ключевых структур: это управляющие комитеты по бизнесам, правление компании, куда входил топ-менеджмент компании, совет директоров, который рассматривал стратегические и глобальные вопросы. Эта структура существует не один год. Никогда компания не управлялась одним человеком. Сейчас совет директоров значительно поменялся, в нем восемь независимых директоров. Если посмотреть их биографии, то это специалисты высокого класса, по управленческим вопросам, инвестиционным, социальным. Мы считаем, что это отличная возможность для компании использовать их экспертизу для усиления своих позиций”. 

ПРО ПРОДАЖИ АЛЮМИНИЯ, ВОЗВРАЩЕНИЕ РЫНКОВ И КЛИЕНТОВ

Вопрос: Вы считаете, что в этом году сможете выйти на досанкционный уровень продаж?

“В 2018 году мы работали в соответствии с лицензиями, которые, конечно, повлияли на результаты года, и прежде всего, упали продажи сплавов. Особенно это стало заметно в четвертом квартале, так как нам стали выдавать короткие лицензии (OFAC), на две недели, месяц. Естественно, далекие рынки оказались недоступны”.

“В этом году мы глобально продадим все объемы алюминия и увеличим сплавы относительно 2018 года. Конечно, это будет меньший объём, чем в досанкционный период, потому что контрактация в алюминиевой промышленности в основном идет в сентябре-октябре, и основные объемы наших потребителей законтрактованы. Если у них появляются дополнительные объемы, они уже обращаются к нам, так как мы на рынке присутствуем очень давно, наши партнеры нас прекрасно знают, их устраивает наше качество, ответственность за поставку металла: мы все свои обязательства даже в период санкций выполнили, ни одного срыва себе не позволили. Поэтому уже частично приходят наши бывшие партнеры, появляются новые партнеры. Рассчитываем, что к сентябрю, к периоду контрактации на 2020 год, мы сможем вернуть своих клиентов”.

Вопрос: Насколько сильные потери клиентов у вас произошли в результате санкций? Какие крупные клиенты ушли? Возобновляете ли с ними отношения уже сейчас, к примеру, с Novelis?

“Мы рассчитываем вернуть утраченные позиции на всех традиционных для компании рынках, включая Азию и Америку, с которыми возникли трудности прошлом году. На сегодняшний день мы возобновили уже поставку на американский рынок. Объемы на 2019 год у большинства клиентов, включая Novelis, законтрактованы, но если будет возникать потребность в увеличении, наши партнеры будут обращаться к нам. Это же касается клиентов в Японии. 2019 год - это для нас по большей части работа и задел на 2020 год. Поэтому мы уверены, что при контрактации в 2019 году на 2020 год мы своих клиентов вернем”.

Вопрос: Планируете ли вы заключать новый контракт с Glencore, будет ли объем и срок сопоставим с предыдущим, который истек в конце 2018 года?

“Безусловно, Glencore это один из наших крупных клиентов. Мы находимся в переговорных позициях со всеми клиентами”.

Вопрос: Когда вы возобновили поставки в США и когда планируете вернуться на досанкционный уровень продаж именно в США?

“Мы планируем вернуть свои прежние позиции на всех рынках, включая США, а когда это произойдет, станет понятно после контрактации осенью на 2020 год. Некоторые клиенты уже сейчас заключают с нами контракты, но прогнозировать, у кого сколько, мы не можем”.

Вопрос: Каковы предварительные итоги первого квартала по объемам продаж?

“Итоги первого квартала мы еще подводим, ближе к середине апреля будут предварительные данные. По нашим ощущениям, будет выше показатель по сплавам. В целом мы не стремимся увеличить объёмы как таковые, но естественно они будут несколько выше за счет Богучанского завода. Повторюсь, цели за счет существующих мощностей увеличить объем у нас нет. Наша цель - развивать сплавы. Мы понимаем, что только качественный металл и новые сплавы будут востребованы на рынке всегда”.

ПРО НОВЫЕ РЫНКИ

Вопрос: Вы во время санкций открыли офис в Китае, вы не планируете его закрывать?

“В силу своего географического размера, емкости и темпов роста рынок Китая представляет интерес для всех производителей первичного алюминия. Несмотря на это, рынок сейчас находится в незначительном профиците. Китай импортировал и продолжит импортировать первичный металл высокого качества. Русал такой металл производит, и по этой причине продукция Русала может быть интересна китайским импортерам. И мы видим потенциал для роста продаж в Китай особенно с учетом того, что экологические ограничения могут привести к еще большему импорту первичного металла в Китай”.

“Что касается объемов продаж, четко сможем сказать в сентябре-октябре. Мы смотрим везде, где продукция Русала может быть интересна, в Китае, в том числе. Недавно мы участвовали в выставке в Индии, представляли свою продукцию, получили много положительных откликов. Тоже смотрим возможности. В нашем мире, который динамично меняется, лучше, конечно, иметь разные направления продаж по всему миру”.

Вопрос: Есть другие офисы, открытые во время санкций?

“У нас офисы на традиционных рынках как были, так и существуют, мы офисы во время санкций не закрывали. На всех рынках, где мы работали, мы хотим остаться. Да, мы смотрим на новые возможности глобально - Индия, Китай. Но мы не ставим цель заменить рынок Европы на Индию или Китай. Мы хотим с нашими традиционными партнерами иметь прочные отношения”. 

ПРО ТАЙШЕТСКИЙ И БОГУЧАНСКИЙ ЗАВОДЫ

“Была запущена первая серия Богучанского алюминиевого завода, и мы выйдем на производство около 290 тысяч тонн по году. Также продолжаем строить Тайшетский алюминиевый завод, наша цель его запустить в конце 2020 года. Перед нами открылись сейчас и возможности по достройке второй серии Богучанского алюминиевого завода”.

“Тайшет мы достраиваем, пока вкладывая в проект собственные средства. Но возобновился диалог с банками - с иностранными, с российскими, после снятия санкций есть возможности кредитования. Также ведем переговоры с разными с партнерами, смотрим возможности. Строительство Тайшетского алюминиевого завода не останавливается. По Богучанскому заводу также смотрим, какие возможности появились на рынке. Ведем переговоры с Русгидро о продолжении проекта, пока решение в стадии обсуждения. Это не скорый процесс. Но это отдельные проекты (Тайшетский и Богучанский), и связи между решениями по каждому из них нет”.

Вопрос: Вы считаете, что мощности и Тайшета, и второй очереди Богучанского завода будут востребованы рынком, вы сможете продать этот алюминий?

“Думаю, да. Потому что, по нашим прогнозам, глобальный рынок в 2019 году будет расти на 3,7 процента. Снижения потребления металла не будет. Спрос на глобальном рынке ожидается на уровне 68 миллионов тонн минимум. В 2020 году ожидаем такое же развитие. Думаю, спрос на алюминий будет, тем более Русал производит высокоэкологичный металл... А так как запросы на экологичную продукцию растут, многие компании стремятся стать “зелеными”, соответственно, потребность в металле с низким углеродным следом растет. Продукция и Богучанского, и Тайшетского заводов будет отвечать самым высоким требованиям экологичности. Такой металл мы выпускаем под брендом Allow. На сегодняшний день у нас многие клиенты, которым важна гарантия низкого углеродного следа в выпускаемой продукции, его активно закупают”.

Вопрос: Изменилась ли сумма достройки Тайшетского завода, с какими банками и на какую сумму обсуждаете привлечение финансирования?

“Ориентируемся на цифры, которые мы обозначали ранее, - то есть порядка $800 миллионов. Эта цифра, если будет меняться, то не сильно. Около $200 миллионов направим в этом году, в прошлом году вложили примерно столько же. Когда проработаем все варианты внешнего финансирования, примем решение по структуре финансирования проекта и объему вложений собственных и заемных средств. Мы запланировали инвестиции в Тайшет в бюджете этого года, и мы его выполним. Есть график строительства, мы сейчас его пока реализуем на собственные средства, нам это ситуация позволяет. Но при этом будем работать на рынке заимствований в поиске лучших предложений, все варианты будут рассмотрены”.

Вопрос: Вы возобновили переговоры с Русгидро о вхождении в Тайшетский проект, могут ли измениться условия?

“Мы сейчас находимся с Русгидро в переговорах по второй серии Богучанского завода. Что касается Тайшета, то... мы сейчас в активной стадии переговоров по привлечению внешнего финансирования с банками”.

Вопрос: Вторая часть первой серии Богучанского завода уже законтрактована?

“Мы сейчас находимся в переговорном процессе. Думаю, это будет и экспорт, и внутренний рынок”.

ПРО ГЛИНОЗЕМ

Вопрос: Какая ситуация с обеспечением глиноземом, в том числе с поставками с Николаевского завода с учетом новых санкций в отношении En+, которые ввела Украина?

“Николаевский завод выполняет свою производственную программу в полном объеме, глинозем мы с него получаем, сырьем мы его обеспечиваем, поэтому изменений в ближайшее время никаких не предвидим”.

Вопрос: Вы рассматриваете возможность продажи этого завода, например Glencore, которому планировалось продать?

“Да, мы рассматривали продажу завода Glencore, но в связи с изменениями, которые произошли из-за санкций, процесс был приостановлен. Дальше это будет зависеть от ситуации”.

Вопрос: Какая ситуация с вашей 20-процентной долей в австралийской QAL, планируете ли оставаться акционером?

“QAL работает в соответствии с действующими соглашениями между акционерами. Переговоры о пересмотре условий не ведутся. Глинозем сегодня очень востребован на рынке, продается по цене, которой исторически никогда не было. В такой момент мы не рассматриваем каких-то изменений”.

Вопрос: Есть ли проблемы с поставками глинозема от ERG, обсуждаете ли новый контракт?

“Стороны исполняют действующий контракт и проблем с поставками нет. Насчет нового контракта обсуждение ведется, но у нас много времени. Находимся в переговорном процессе постоянно, так как это рутинный процесс”.

Вопрос: Они забирали от вас часть поставок?

“Нет. У нас контракт был заключен со снижением объемов в конце последнего года”.

О ПРОДАЖЕ АКТИВОВ

Вопрос: Рассматриваете ли продажу других активов, например, доли в месторождении Богатырь?

“На данный момент не рассматриваем, но мы ни от чего не отказываемся, ни от каких интересных возможностей. Мы готовы рассматривать разные предложения. В ближайшее время никакой продажи активов мы не предусматриваем и активных процессов в этом направлении нет”.

ПРО РЕАНИМАЦИЮ ПРОИЗВОДСТВА

Вопрос: В период санкций вы законсервировали Надвоицкий алюминиевый завод и сокращали производство в Армении на заводе по производству фольги Арменал, будете их восстанавливать?

“Что касается Армении, рынки будут восстанавливаться, соответственно, производство будем возвращать на прежние уровни. На площадке Надвоицкого алюминиевого завода уже реализуются проекты, которые направлены на выпуск конкурентоспособной продукции. Работает компания Русский радиатор, которая выпускает радиаторы из алюминия на площадке Надвоицкого завода, в проекте - другие производства, например, центр обработки данных, которые могли бы задействовать инфраструктуру площадки”.

ПРО ИНВЕСТИЦИИ

Вопрос: Какой объем инвестиций вы видите на этот год и в среднесрочной перспективе?

“Порядка $900 миллионов на этот год. В ближайшей перспективе не меньше, может, придется даже увеличить инвестиции, но не меньше. Мы уже третий год находимся на этом уровне. В 2017 году, в 2018 году, несмотря ни на что, мы почти $890 миллионов вложили в своё развитие и в 2019 году будет примерно такая же цифра”.

ПРО ВАЛЮТУ КОНТРАКТОВ

Вопрос: Сохраняете ли контракты в долларах или планируете переводить в другую валюту, в какую?

“Мы ведем взаиморасчеты с клиентами в той валюте, которая удобна покупателю. Большинство европейских потребителей традиционно платят в евро, другим удобнее осуществлять платежи в долларах”. 

ПРО ДОЛЮ В НОРНИКЕЛЕ

“Мы всегда заявляли, что это наша стратегическая инвестиция, от которой мы отказываться не собираемся”.

Редактор Антон Зверев

0 : 0
  • narrow-browser-and-phone
  • medium-browser-and-portrait-tablet
  • landscape-tablet
  • medium-wide-browser
  • wide-browser-and-larger
  • medium-browser-and-landscape-tablet
  • medium-wide-browser-and-larger
  • above-phone
  • portrait-tablet-and-above
  • above-portrait-tablet
  • landscape-tablet-and-above
  • landscape-tablet-and-medium-wide-browser
  • portrait-tablet-and-below
  • landscape-tablet-and-below